Когда я спустился в фойе, меня перехватила повариха и силком затащила в столовую, так что на сорок минут я выпал из жизни, старательно пережёвывая крепкими зубами неимоверно вкусный обед. Да в принципе я и так был голоден и собрался к ней заглянуть, но чуть позже. Работы много, однако, тётя Дила имела на этот счёт своё мнение, режим питания нарушать нельзя.

К вечеру я и в роще поработал и Башню мага развернул, а когда стемнело и собрался ложиться спать, вспомнил о своих девушках-туземках и, покосившись на огромную и роскошную кровать, где мы с ними провели столько замечательных дней и ночей, решил по-быстрому сбегать и привести их сюда. Пусть со мной живут, теперь можно, теперь безопасно, да и я спокоен буду. Однако вернувшись на остров, там было десять часов дня, несмотря на то, что был радостно встречен всеми тремя своими любовницами, я только брезгливо отвернулся от них, назвал изменницами и вернулся обратно. Девушки мне достались девственницами и считал их фактически собственностью, к тому же когда оставлял, попросил вождя присмотреть за ними, чтобы их никто не тронул, поэтому, а когда обнаружил что за десять дней моего отсутствия на них побывало два десятка мужчин, метки, внедрённые в ауру выдали их с головой, только впал в тихое бешенство. Вождя я уничтожать не стал, как и всё племя, хотя вождь тоже побывал на девушках и похоже не раз отметился, блин, свободные нравы — свободные отношения, поэтому просто сказал, что я о них думаю, и вернулся обратно. Лучше тут сделаю свой остров, когда восстановлю планету и завезу красивых туземок с соседней Земли, буду один властвовать там мужчиной. Гарем короче говоря. Ну и в других точках планеты женщин завезу. О, классная идея, не зря я этих трёх потерял, завезу сюда одних только женщин и сделаю гарем всепланетного масштаба. Туземки будут жить на островах, блондинки северных широт соответственно на севере, индианки в Индии и японки в Японии, ну и остальных так же. Тысяч двух хватит, буду в одиночку поднимать новую цивилизацию, добывать любовь трением так сказать. Эксперимент не эксперимент, но посмотреть, что получиться будет интересно, жаль только когда начнёт подрастать молодая поросль, придётся завозить ещё аборигенов, но уже мужского пола, хотя может и не понадобится, посмотрим. Даже настроение, потерянное с возвращением на остров начало ползти вверх, хорошая мне идея в голову пришла, ещё как хорошая. Буду путешествовать по мирам, отберу там себе аборигенок в гарем. Всё, решено, цель с дальним прицелом есть, осталось её достичь, не одну же мне соседнюю Землю на это дело использовать.

А женщин всё же хотелось, организм, привыкший к постоянному удовлетворению его потребностей, буквально требовал привычного для него за эти четыре месяца времяпровождения. В этот раз пришлось его обломать, но твёрдо пообещал себе, что завтра навещу остров, только не этот где я жил, а соседние и куплю там пару, нет пяток девушек, которые ещё не знали мужчин. Там это просто. Засыпая я подумал, что платой вождь или вожди опять, наверное, пушки попросят. Сейчас там это самое актуальное оружие против пиратов, ну или для захвата соседей. Пусть вождь, что не сдержал своего слова побегает. Я его соседей обучу умениям немецких гренадёров, тогда уж развернуться настоящие бои.

Посмотрев на проезжающую мимо крестьянскую телегу, которую тащила, старая понурая кляча, я подумал о народной мудрости, лучше плохо ехать, чем хорошо идти, и махнул рукой привлекая внимание возницы. Вьющаяся по степи дорога была пуста, только пару всадников маячили вдалеке удаляясь, так что выбора особого не было.

— Не подвезёшь, добрый человек?

Крестьянин натянул поводья и с интересом, в котором прослеживалась хитреца, осмотрел меня. Что он мог видеть? Самого обычного парнишку-батрака, старые явно недавно постиранные в речке штаны, обрезанные чуть ниже колен, грязные босые ноги, также постиранная рубаха деревенской выделки на выпуск, закатанная до локтей, верёвка вместо пояса и старая дранный котомка, переброшенная через голову и висевшая за спиной. Правильные черты лица, чётко очерченные губы, ясные голубые глаза, непослушные отросшие кудри, видневшиеся из-под широкополой соломенной явно самодельной шляпы. Причём всё это было не иллюзия, а натуральный вид, спалиться не хотелось. Даже пришлось придать рукам крестьянский вид, сделав их загрубевшими от постоянной работы с неровно обрезанными ногтями. Ладно, хоть грязи под ними не было, вчера вечером я не только одежду постирал, но и сам хорошо помылся в реке.

— С разгрузкой поможешь? — прямо спросил возница.

Посмотрев на корзины, что стояли в телеге, там их было в три штабеля обвязанные верёвками, я уверенно кивнул и ответил:

— Легко, но если ещё и покормите.

— Сидай.

Присев сбоку, свесив ноги, я осмотрелся, и по запаху определив, что за груз, спросил:

— Либы в давильню везёте?

Либы — это такие довольно крупные овощи вроде земной сахарной свеклы, что используют для производства сахара, так что мой вопрос был скорее риторический. Эти плоды или скармливали скотине или везли на давильни у сахарных заводов, так что вопрос был скорее для завязки разговора. Правда стоит добавить, что скотине скармливали в основном гниющие плоды, так как на Тории с сахаром всегда были проблемы, отчего государственный оброк для всех земледельцев был по размеру земли в либах. Каждый землевладелец был приписан к определённому заводу, где принимали оброк. Вряд ли этот возница землевладелец, скорее всего подрядился доставить груз.

— Угу — кивнул тот и, покосившись на меня, поинтересовался. — Сам-то откуда будешь?

— Из Сауда, путешествую, мир смотрю.

— Серьёзно обносился. А где эта Сауд находится?

— На другом континенте, там главный храм Единого.

— А слышал-слышал — закивал возница. — Не ближний свет. Тут-то что делаешь?

— Говорю же, путешествую. Хочу всю Торию осмотреть.

— Все шесть континентов и двенадцать островов? — хмыкнул возница.

«Ого, а ты я смотрю не так и прост — покосился я на возницу. — Знаешь сколько больших островов и континентов на Тории. Только не знаешь что ваш у меня последний, остальные я уже посетил. Да и построение слов у тебя совсем не те, что может знать крестьянин. Кто ты такой?»

Я действительно посетил все государства и посетил все храмы, вернее не посетил, а поработал с ними, остался последний. Так сказать оставленный напоследок самый лакомый кусок. Сейчас мы катили в столице местной республики Теноя где оставался последний храм, на который я ещё не навесил амулет. Храм меня интересовал постольку-поскольку, всего лишь ещё одна цель для Генерала. Но главное не он, в республике находился центр подготовки инквизиторов, единственный в своём роде на Тории. Он располагался в тридцати километрах от столицы республики, в глухом лесу одного из местных баронств, вот что я оставил себе на закуску. Ну а через неделю, когда и начнётся День Единства, заработают амулеты, нанося метки на святош, а потом, ещё через неделю, настанет судный день. Мы будем судить тех, кто решил вершить судьбу населения целой планеты. Так что у меня две недели максимум. Генерал уже тут, две недели дня назад его со всеми людьми в этот мир перевёл и они уже начали запускать на орбиту спутники и рассредоточивать их над планетой. Благо опыт у них уже был, на Мёртвом мире постарались. Кстати, в этом мире оставалось живых порядка пяти миллионов человек, это было насчитано на всех континентах и каждый день их количество неуклонно падало, прирост очень маленький, но и он тоже шёл на спад. Вот такие дела. Так что закончу тут, и пока генерал со своими людьми выполняет мой приказ, основную месть я сам совершу, выкорчевав корень зла из этого мира, и начну подготавливать к эвакуации оставшихся выживших аборигенов Мёртвого мира. Вот в Сауд «обрадуются» такому подарку. Они и прошлые то мои едва переварить смогли, а тут несколько миллионов за год с небольшим.

По остальным святошам, тех, кого перечислил тот удод, что пытался заразить меня «Призраком», я посетил, нашёл каждого и «побеседовал». В результате чего у меня в кабинете особняка на одиннадцать колб стало больше. Даже забавно, снимешь с них полог тишины и такой мат от живых голов идёт, невольно заслушаешься. Одни послушники только не радовали, первыми сломались и смотрели вокруг пустыми взглядами.

Конечно же святоши забегали, особенно после того как пропал их патриарх, самый главный священник на Тории, глава объединённой церкви Единого, да и два его зама куда-то подевались, но через два месяца поисков они успокоились, хоть и не прекратили розыск и назначили нового главу. Тот ещё осваивался и пока был не опасен.

А что? Если глава церкви, то и тронуть я его не могу и сделать экспонат из его головы? Отдал приказ на мою ликвидацию, будь готов ответить. Так что в результате голова этого желчного старика находится у меня в кабинет. Генерал с ним постоянно общается, закончив с допросами и узнав всю внутреннюю кухню, где базы и схроны, теперь ведёт теологические споры, доводя бывшего главу до белого коления, что доставляло ему немало удовольствия. Генерал святош люто любил. И хотя вот так вот мучить и издеваться над людьми было не в его характере, но святош он за людей не считал и не упускал ни одной возможности в свободное время, чтобы не посетить главу. Тот уже и обмороки пытался симулировать, да нашего Генерала такими фокусами не проведёшь. Чую ещё немного и он сведёт его с ума. Я лично не против.