Так, стоя, с упором на меч и копье, не дающее ему завалиться вперед, и погиб последний представитель рода Сутра, предпочтя даже умереть стоя.

Эпилог

Сидя в мраморном зале, Анхаэль вызвал нечто вроде виртуальной страницы, только из магии, или нет? Кто знает способности этого божества.

Парой легких движений, "ангел" зачеркнул три строки в списке, и, на долю секунды задумавшись, обвел самую последнюю.

* * *

В пустующей башне так и не изменилась атмосфера запустения. Так могло бы показаться на первый взгляд, но оставленная двумя разумными записка куда-то пропала, исполнив свою роль.

* * *

В сезон дождей вода стала заливать через пробоины разрушенное додзё рода Сутра. И наконец, дотянувшись до постамента, лужа стала стекать куда-то вниз, словно там что-то было, а спустя какое-то время, откуда-то оттуда выполз через доски сгусток синего цвета.

Слайм, впавший в спячку после всех пожаров вокруг, наконец, получил живительную подпитку, вновь начав жить полноценно. Выбравшись из тайного хода, а может и просто погреба, куда тот просочился, пузырь прислушался к себе, пытаясь установить место нахождения своего хозяина, и спустя томительные минуты, слайм уверено устремился на юго — запад.

* * *

На поле боя, ругаясь на чем свет стоит, поднялся мистер Спэроу, которого в самый ответственный момент оглушило камнем от взрыва. И никто, не демоны, истребившие войско людей, не зверолюди, заставившие отступить демонов и погнавшиеся за ними вглубь теперь ставших менее защищенными земель темных, не удосужились проверить поле боя на присутствие выживших.

Мистер Спэроу осмотрелся, и ругань его стала много отчетливей, когда тот восстановил для себя картину боя.

Конец Первого Тома.

Кровь Венеры – 2

Разные Пути

Глава первая

Некогда прекрасное место — Поля Удачи, сейчас на треть были усеяны трупами, и от светлой энергии не осталось и следа.

Первыми в том месте от избытка темной энергии и эманаций смерти поднялись неупокоенные. Неприятные и откровенно отталкивающие даже внешне создания Редкого класса.

Темное тряпье на теле, само тело белесое, безволосое и с жуткими клыками, длинные пальцы, переходящие в когти тут же погрузились в тела умерших, в которых не чувствовалось ни капли отрицательных сил. Таковы были эти создания.

Когда концентрация эманаций смерти повысилась, а тела начали остывать, в противовес окончательно выветривающейся из этого места жизни, поднялись с земли иные виды нежити. Кого там только не было, скелеты и зомби, не только людей, но даже гоблинов и прочих созданий. Те, кому не повезло быть разрубленным на части, стягивались друг к другу, буквально скрепляясь в самых настоящих мясных големов. Среди ставки магов так же вовсю шло шевеление — это вставали личи.

И наконец, самыми последними, не восстали, но пробудились ревенанты. И эти мстящие мертвецы, взвыв так, как могут только они, ринулись по следам своих убийц — предателей, по следам армии зверолюдов.

Но не все…

Стоящий в доспехах воин, даже после смерти не упавший на землю, неуловимо изменился. Разрушенный шлем снова вернулся на его голову, несколько сменив вид. Доспехи потемнели, став почти черными. Вокруг этого воина клубилось нечто, что несведущий разумный принял бы за тьму. Но ею она не являлась.

В прорези на шлеме зажегся красный огонь, напоминающий свечение, испускаемое из прожилок оскверненной плоти. И вот медленно, словно со скрипом, он поднял опавшую голову, и схватив руками за копье, выдернул его из своей груди. За копьем последовали и стрелы.

Ноги его подкосились и воин в доспехах рухнул на землю. Встав на четвереньки, тот как-то странно выгнулся, окончательно покрываясь темной дымкой. На земле, рядом с местами, куда вонзились когтистые латные перчатки, разошлись темные пятна с красными прожилками, словно скверна пыталась охватить все, с чем контактировал новорожденный монстр.

— Писец пробуждение! А как тело хрустит! — Донеслось от пытающегося встать ревенанта второй степени.

Там же, спустя десяток минут.

— Фух, выспался я неожиданно хорошо, прямо на всю жизнь, которая теперь с приставкой «не». Вечно у меня все не как у людей. Главное не думать об отказе от мести, я все же ревенант на пороге воплощения в духа мести, от таких мыслей меня по новой скрутит. Да уж, ну не разделяю я взгляды собственной сути. Особенно учитывая, что даже сумей я отомстить, и дальше просто развоплощусь, как и любой ревенант, исполнивший свою месть. — Вырвался у меня грустный вздох, а кто я выяснить можно было, даже не заглядывая в карту, достаточно отметить навязчивое желание отомстить.