— Конечно, мисс.

— Вот что мы сделаем. — Она на минуту задумалась. — Кто-нибудь должен перевезти его сюда! Но кто? И как?

Посмотрев в окно, она увидела Китти, направлявшуюся в благотворительное турне. Девушка вела велосипед с грузом пакетов, укрепленных на багажнике с помощью ремешков и веревочек.

Она поспешно открыла окно и позвала:

— Китти! Китти! Зайди ко мне! Сейчас же!

— Но мне некогда. — крикнула в ответ Китти. — Я уезжаю!

— Ты еще успеешь! А сейчас зайди ко мне! Немедленно!

Китти пыталась протестовать, но Гризельда уже захлопнула окно. Сгорая от нетерпения, она выскочила в коридор, хотя еще не оделась полностью.

— Поскорее! Ну, заходи!..

Она втолкнула сестру в комнату, закрыла за ней дверь и сказала, понизив голос:

— Послушай! У Эрни сейчас находятся раненые. Два фения!

— Я знаю, — спокойно ответила Китти.

— Ты знаешь?

— Ну да. Я отвозила для них одеяло и баночку с мазью, которую приготовила Эми.

— Значит, Эми тоже в курсе! Все знают, и никто не подумал рассказать мне!

— Не все. Я сказала Эми, что это для Падрика О’Грэди, который поранил себе ногу лопатой.

— Так она тебе и поверила!

— Конечно, поверила! О’Грэди действительно поранил ногу…

Гризельда взорвалась:

— Мне плевать на вашего О’Грэди! Ты знаешь, что если полиция найдет этих раненых, их повесят?

— Ну, может быть, не обоих.

— Как это не обоих?

— Ферган совсем юный.

— О, и ты думаешь, что так и будет?.. Да они повесят вместе с ранеными и Эрни!

— Они не вешают женщин.

— Тогда они посадят ее в тюрьму до конца ее дней!

— Я не подумала об этом, — растерянно сказала Китти.

Она задумчиво покачала головой. На ней была старая шляпа, пережившая множество дождей, и ее когда-то белый цвет давно превратился в желтый. Под шляпой можно было видеть круглые щеки Китти, розовые, свежие и чистые, как ее сердце. Она вздохнула:

— Бедная Эрни. В какую плохую историю она впуталась!.. Но что она могла сделать? Им требовалась помощь.

— Вот что я думаю, — сказала Гризельда. — Послушай, дружок Молли отправится к родственникам в Слайго, если его товарищ окажется в безопасности. Так вот, мы спрячем его здесь.

— Что?

Китти вытаращила глаза. Она не поверила своим ушам.

— Мы спрячем его в монашеской часовне, — сказала Гризельда. — Там его никто не будет искать. Спрятав его, мы таким образом спасаем

Фергана и Эрни! Хорошо придумано, правда? И раненый останется у нас до тех пор, пока не поправится, чтобы уйти.

Последние слова она произнесла очень медленно, как будто они не хотели вылетать из ее уст. «Уйти? Опять уехать?.. Ладно, поживем — увидим. Не стоит заглядывать так далеко в будущее. Прежде всего, его надо спасти! Я привезу его сюда, он будет рядом со мной.»

Она сказала Китти, что нужно найти человека, который привезет раненого к дамбе. Об остальном позаботится она сама. При условии, что он сможет хоть немного передвигаться на ногах.

— Но сможет ли он?

— Надеюсь, сможет. — задумчиво ответила Китти. — Конечно, ему плохо, но кости у него не повреждены. Он пойдет, потому что должен пойти. Они невероятно живучие, эти фении. А кстати, ты знаешь, кто он? Это бывший шофер тетушки Августы, тот, который.

— Я знаю, — оборвала ее Гризельда. — Но как доставить его к острову?

— Я не вижу другого средства, — сказала Китти, — кроме повозки Меешавла Мак Мэррина. Он продолжает разъезжать по всем дорогам, констебли обыскали его два или три раза, и теперь не обращают на него внимания. Они только посмеиваются, когда он проезжает мимо. Послушай, мне пора, мне сегодня нужно сделать очень многое, но я обдумаю, как все сделать понадежней. Мне кажется, это будет очень трудно… И это довольно безрассудное предприятие. Господи, а если его найдут у нас! Что скажет папа! Это будет ужасно.

— Папа ничего не скажет! Потому что он ничего не узнает! И раненого никогда не найдут! — энергично возразила Гризельда.

Она понимала, что Китти стало страшно. Напротив, себя она чувствовала все более и более уверенно, оказавшись на месте героинь, о подвигах которых прочитала столько книг.

— Только найди способ доставить его к началу дамбы, остальным займусь я сама. Тебе ничего не нужно делать, ты ничего не знаешь, ты даже ничего не слышала об этом! Конечно, его нужно привезти, когда все успокоится. Но и не слишком поздно, чтобы не шуметь, когда все будут спать.