будут… двигаться? Или они оба сразу? Сердце Ребекки забилось так сильно, что прямо

сейчас было готово выпрыгнуть из груди.

– Отпустите меня, – прошептала она.

– Шшш, милая, мы здесь, – пробормотал Трей. Его жаркое дыхание вызывало

электрический ток по ее позвоночнику. – Просто расслабься. Мы доставим тебе

удовольствие.

Ребекка запаниковала и начала вырываться. Эрик отступил назад, пуская ее ноги на

землю.

– Ты не обязана это делать, если не хочешь, – прошептал он. Он убрал руки с ее

ягодиц и обхватил ее лицо.

Но самое странно, в глубине души она хотела это сделать. Она хотела, чтобы Трей

проскользнул в ее попку, в то время как Эрик будет заполнять ее горячую, и ноющую от

желания киску. Будут входить в нее. Двигаться вместе. Ее остановила не мысль об этом, а

страх, что они узнают. А они обязательно поймут это. Ощутят, что она неполноценная.

Айзек был с ней весь период лечения от рака и операции. Он был безгранично

терпеливым и внимательным, пока она выздоравливала. И как только они решили

возобновить их сексуальные отношения, у него сразу же пропала эрекция, и он сказал, что

теперь она ощущается по-другому. Странно, да так, что он больше не хотел ее. Она не

могла его винить. Он хотел детей. А она не могла дать их ему, как бы сильно она этого не

желала. И теперь, она не могла остановить мысли, что больше ни один мужчина не захочет

ее. Конечно, будут хотеть, но до тех пор, пока не знают всей правды, но стоит им узнать об

удалении ее женских внутренних органов…

Ребекка не смогла остановить дрожь. Она чувствовала, что сейчас рухнет.

– Я н-не х-хочу, – прошептала она. Ложь. Но пусть лучше так, чем они заставят ее

пережить очередное унижение, как это сделал Айзек.

– Обломщица, – выругался под нос Трей. Он отошел от нее и пулей вылетел из

гаража.

Ребекка смотрела, как он удаляется, расстраиваясь от всего происходящего.

– Теперь он меня возненавидит, – сказала она.

– Он это переживет, – Эрик же обнял ее, поглаживая рукой по спине. – Ты в

порядке? Ты вся дрожишь?

Она сглотнула предательские слезы и кивнула. Закрыв глаза, сделала несколько

успокаивающих вздохов. Присутствие Эрика успокаивало ее, хотя он об этом даже не

догадывался. Он не требовал объяснений, почему она была расстроена и отказала парню,

о котором мечтала большая половина женщин страны. Он просто стоял и прижимал ее к

себе. И Ребекка до сих пор ощущала давление от его твердого члена. Не то чтобы она

думала о его стояке…

– Так значит, ты ее завела? – спросил Эрик.

Ребекка резко подняла голову, отрывая взгляд от его топорщившихся джинсов.

– Что?

– Мою машину.

Она улыбнулась, благодаря его за смену темы. Это помогло ей переключить

внимание от огромного агрегата в его штанах.

– Да, она сразу же завелась.

– Должно быть, ты ей понравилась.

Улыбка Ребекки стала еще шире.

– Ты так думаешь?

– О да, у нее превосходный вкус на женщин.

Ребекка почувствовала, как ее щеки залились краской.

– Значит, она заводилась для множества женщин, да? – Конечно, такой

привлекательный и успешный музыкант как Эрик должен быть имел вереницу поклонниц.

Она взглянула не него, и увидела его внимательный взгляд из-под полуприкрытых век. Ее

соски сразу же затвердели от его пристального взгляда. Она сглотнула и отвела глаза.

Когда Трей касался ее груди, ее соски совсем не отреагировали на его прикосновения. С

чего такая реакция на Эрика? Конечно, он был красивым, но Трей… Она всегда считала

его похожим на дорогой фарфоровый сервиз. Так может в этом и проблема? Может ей

лучше обратить внимание на нечто повседневное? Эрик может быть ее утешением, пока

она ждет особого случая для Трея. Если это когда-либо случиться. Может, его нужно так и

оставить за стеклом и любоваться им издалека?

Эрик улыбнулся, словно читал ее мысли и знал, что сейчас она сравнивает его с

посудой.

– Моя кошка не раскрывает своих секретов.

Она засмеялась.

– Справедливо.