Естественно, когда дело касалось секса, Рэнди удавалось сфокусироваться.

– Мы поговорим об этом позже, – сказала я, когда мы заезжали на подъездную дорожку. Прежде чем он успел воспротивиться, я вылезла с пассажирского сиденья и пошла к входной двери.

Мне хотелось пнуть себя. В моем плане забастовки был огромный пробел: мы никогда не обсуждали, когда или как сказать о ней парням. А ведь мы должны были сделать это, потому что весь ее смысл был в том, чтобы вынудить услышать нас, прислушаться к нашему требованию о завершении соперничества. Но сейчас, когда Рэнди задавал вопросы, я нервничала, не зная, что ему ответить.

– Привет, милая, – позвал меня папа с кухни, когда я вошла в дом. – Я только вернулся с работы и решил сделать сэндвич. Будешь?

– Нет, спасибо, – ответила я, проходя по ковру на кухню. Позади меня Рэнди закрыл входную дверь и пошел за мной. – Я привела компанию. Собираюсь приготовить сегодня полноценный ужин.

Папа обернулся через плечо и улыбнулся, когда увидел Рэнди, стоящего рядом со мной в дверях кухни.

–Привет, – сказал он. – Сегодня у тебя нет тренировок?

– Нет, сэр, – ответил Рэнди. – Тренер дал нам денёк отдохнуть… сказал, что не может смотреть на нас после проигрыша в пятницу. Но уверен, завтра он надерет нам задницы.

– О, да, – сказал папа, взяв сэндвич со стола, положив его на колени и развернув кресло в нашу сторону. – Я слышал, игра была довольно жесткой. Я не смог посетить её – мне надо было отправить несколько электронных писем и разобрать пару ситуаций с учениками – но Логан сказал, что Оук Хилл в этом году в отличной форме.

– Ага, никто из нас такого не ожидал, – согласился Рэнди. – Так странно. Они ведь отстойно играли в прошлом году.

Папа подъехал к столу, и Рэнди сел рядом с ним. Я дала им немного времени, чтобы обсудить спорт, а сама просматривала содержимое холодильника, пытаясь решить, что приготовить на ужин. Когда я осознала, что выбирать-то собственно не из чего (когда живешь с двумя взрослыми мужчинами, еда долго в холодильнике не задерживается), решила позвонить и оставить Логану голосовое сообщение, чтобы он остановился в продуктовом по пути домой и купил мне все, что нужно для пасты.

Повесив трубку, я услышала, как Рэнди спрашивает у папы:

– Как работа, мистер Дэниелс?

Я улыбнулась, обойдя деревянный стол, устроилась рядом со своим парнем. Он протянул руку и обнял меня за плечи. Я смущенно глянула на папу и уловила в его взгляде легкое напряжение. Но Рэнди, похоже, не заметил – или, возможно, он уже привык к этому.

– На работе все хорошо, – ответил папа. – Немного сумасшедшая неделя. У одной ученицы появились неожиданно проблемы с поведением. Думаю, у нее тяжелые времена в семье, но она не признается. Бедный ребенок. Раньше у неё никогда не было проблем.

Когда я была маленькой, он работал на стройке: строил дома в новой части города. После несчастного случая он решил сменить специализацию. Вот так он в результате стал школьным психологом в начальной школе Гамильтона.

– Вы такой терпеливый, – сказал Рэнди. – Терпеть не могу детей. Я срываюсь. Никогда не хотел стать родителем.

– Ты изменишь свое мнение, – сказал ему отец. – Особенно, если ты и Лисса в итоге поженитесь. Вы двое должны будете подарить мне парочку внуков.

– Это может сделать Логан, – рассмеялся Рэнди. – Лисса и я не собираемся заводить детей. Если только парочку собак.

Я прочистила горло, тем самым напомнив ему, что сижу прямо тут. Ненавижу, когда Рэнди планирует мое будущее за меня.

– Логан собирается прихватить кое-что в магазине на обратном пути с работы, – сказала я. – Это займет около часа, поэтому вы двое можете пока посмотреть телевизор.

Через мгновение Рэнди уже был на ногах, направляя инвалидную коляску папы в гостиную и обсуждая, какой из имеющихся у нас спортивных каналов ESPN посмотреть.

Когда они ушли, я достала свой телефон, чтобы написать Хлое.

«Рэнди задает вопросы. Думаю, он знает.»

Спустя секунду, она ответила:

«Что ты собираешься сказать ему?»

Я посмотрела в сторону гостиной. По телевизору шла какая-то спортивная программа, и до меня доносился смех папы и Рэнди, не согласных с комментаторами. Я улыбнулась себе под нос. Рэнди уже был частью моей семьи. Частью меня. Я не должна бояться быть честной с ним.