Шрифт:
CXXXV. Мечта любопытного
К Ф. Н.
144
Перевод Эллиса
CXXXVI. Плаванье
Максиму Дю Кану
I
Для отрока, в ночи глядящего эстампы,За каждым валом – даль, за каждой далью – вал.Как этот мир велик в лучах рабочей лампы!Ах, в памяти очах – как бесконечно мал!В один ненастный день, в тоске нечеловечьей,Не вынеся тягот, под скрежет якорей,Мы всходим на корабль, и происходит встречаБезмерности мечты с предельностью морей.Что нас толкает в путь? Тех – ненависть к отчизне,Тех – скука очага, еще иных – в тениЦирцеиных ресниц оставивших полжизни —Надежда отстоять оставшиеся дни.В Цирцеиных садах, дабы не стать скотами,Плывут, плывут, плывут в оцепененье чувств,Пока ожоги льдов и солнц отвесных пламяНе вытравят следов волшебницыных уст.Но истые пловцы – те, что плывут без цели:Плывущие, чтоб плыть! Глотатели широт,Что каждую зарю справляют новосельеИ даже в смертный час еще твердят: – Вперед!На облако взгляни: вот облик их желаний!Как отроку – любовь, как рекруту – картечь,Так край желанен им, которому названьяДоселе не нашла еще людская речь. II
О ужас! Мы шарам катящимся подобны,Крутящимся волчкам! И в снах ночной порыНас Лихорадка бьет, как тот Архангел злобный,Невидимым бичом стегающий миры.О, странная игра с подвижною мишенью!Не будучи нигде, цель может быть – везде!Игра, где человек охотится за тенью,За призраком ладьи на призрачной воде…Душа наша – корабль, идущий в Эльдорадо.В блаженную страну ведет – какой пролив?Вдруг среди гор и бездн и гидр морского ада —Крик вахтенного: – Рай! Любовь! Блаженство! Риф.Малейший островок, завиденный дозорным,Нам чудится землей с плодами янтаря,Лазоревой водой и с изумрудным дерном. —Базальтовый утес являет нам заря.О, жалкий сумасброд, всегда кричащий: берег!Скормить его зыбям иль в цепи заковать, —Безвинного лгуна, выдумщика Америк,От вымысла чьего еще серее гладь.Так старый пешеход, ночующий в канаве,Вперяется в мечту всей силою зрачка.Достаточно ему, чтоб Рай увидеть въяве,Мигающей свечи на вышке чердака. III
Чудесные пловцы! Что за повествованьяВстают из ваших глаз – бездоннее морей!Явите нам, раскрыв ларцы воспоминаний,Сокровища, каких не видывал Нерей.Умчите нас вперед – без паруса и пара!Явите нам (на льне натянутых холстинТак некогда рука очам являла чару) —Видения свои, обрамленные в синь.Что видели вы, что?IV
«Созвездия. И зыби,И желтые пески, нас жгущие поднесь.Но, несмотря на бурь удары, рифов глыбы, —Ах, нечего скрывать! – скучали мы, как здесь.Лиловые моря в венце вечерней славы,Морские города в тиаре из лучейРождали в нас тоску, надежнее отравы,Как воин опочить на поле славы – сей.Стройнейшие мосты, славнейшие строенья, —Увы! хотя бы раз сравнялись с градом – тем,Что из небесных туч возводит Случай – Гений… —И тупились глаза, узревшие Эдем.От сладостей земных – Мечта еще жесточе!Мечта, извечный дуб, питаемый землей!Чем выше ты растешь, тем ты страстнее хочешьДостигнуть до небес с их солнцем и луной.Докуда дорастешь, о, древо кипарисаЖивучее?…Для вас мы привезли с морейВот этот фас дворца, вот этот профиль мыса, —Всем вам, которым вещь чем дальше – тем милей!Приветствовали мы кумиров с хоботами,С порфировых столпов взирающих на мир,Резьбы такой – дворцы, такого взлета – камень,Что от одной мечты – банкротом бы – банкир…Надежнее вина пьянящие нарядыЖен, выкрашенных в хну – до ноготка ноги,И бронзовых мужей в зеленых кольцах гада…» V
И что, и что – еще?VI
«О, детские мозги!Но чтобы не забыть итога наших странствий:От пальмовой лозы до ледяного мха —Везде – везде – везде – на всем земном пространствеМы видели все ту ж комедию греха:Ее, рабу одра, с ребячливостью самкиВстающую пятой на мыслящие лбы,Его, раба рабы: что в хижине, что в замкеНаследственном: всегда – везде – раба рабы!Мучителя в цветах и мученика в ранах,Обжорство на крови и пляску на костях,Безропотностью толп разнузданных тиранов, —Владык, несущих страх, рабов, метущих прах.С десяток или два – единственных религий,Всех сплошь ведущих в рай – и сплошь вводящих в грех!Подвижничество, так носящее вериги,Как сибаритство – шелк и сладострастье – мех.Болтливый род людской, двухдневными деламиКичащийся. Борец, осиленный в борьбе,Бросающий Творцу сквозь преисподни пламя: —Мой равный! Мой Господь! Проклятие тебе! —И несколько умов, любовников Безумья,Решивших сократить докучной жизни деньИ в опия моря нырнувших без раздумья, —Вот Матери-Земли извечный бюллетень!» VII
Бесплодна и горька наука дальних странствий.Сегодня, как вчера, до гробовой доски —Все наше же лицо встречает нас в пространстве:Оазис ужаса в песчаности тоски.Бежать? Пребыть? Беги! Приковывает бремя —Сиди. Один, как крот, сидит, другой бежит,Чтоб только обмануть лихого старца – Время,Есть племя бегунов. Оно как Вечный Жид.И, как апостолы, по всем морям и сушамПроносится. Убить зовущееся днем —Ни парус им не скор, ни пар. Иные душиИ в четырех стенах справляются с врагом.В тот миг, когда злодей настигнет нас – вся вераВернется нам, и вновь воскликнем мы: – Вперед!Как на заре веков мы отплывали в Перу,Авророю лица приветствуя восход.Чернильною водой – морями глаже лака —Мы весело пойдем между подземных скал.О, эти голоса, так вкрадчиво из мракаВзывающие: «К нам! – О, каждый, кто взалкалЛотосова плода! Сюда! В любую поруЗдесь собирают плод и отжимают сок.Сюда, где круглый год – день лотосова сбора,Где лотосову сну вовек не минет срок!»О, вкрадчивая речь! Нездешней речи нектар!..К нам руки тянет друг – чрез черный водоем.«Чтоб сердце освежить – плыви к своей Электре!»Нам некая поет – нас жегшая огнем. VIII
Смерть! Старый капитан! В дорогу! Ставь ветрило!Нам скучен этот край! О Смерть, скорее в путь!Пусть небо и вода – куда черней чернила,Знай – тысячами солнц сияет наша грудь!Обманутым пловцам раскрой свои глубины!Мы жаждем, обозрев под солнцем все, что есть,На дно твое нырнуть – Ад или Рай – едино! —В неведомого глубь – чтоб новое обресть! [145] 145
Перевод М. Цветаевой
ОБЛОМКИ
Романтический закат
146
Перевод В. Микушевича