Шрифт:
— Жителей эвакуируют?
— Скорее они бегут. И правильно делают.
— А откуда информация?
— Тот агент… Финлис… вроде. Он сегодня с ног сбился. Говорят, что за ночь погибло более пяти десятков человек, тела большей части просто исчезли. Свидетели, видевшие нападения называют имена пропавших. Думаю все те кто пропал — потенциальные…
— Вампиры-зомби?
— Неважно как их называть, — фыркнула она. Похоже название Кейна ей не очень-то нравилось.
— Так что будем делать?
— Мелисса подтвердила что приезд шерифа Мейда в этот город совпал с началом тех странных событий.
— Пойдем пытать шерифа? — с каким-то идиотским энтузиазмом спросил он.
— Нет конечно. Нужны куда более весомы доказательства.
— Ты вроде что-то говорила про серебро… — вспомнил он.
— Не выйдет. Мы же не в фильмах ужасов. Если порезать монстра серебряным ножом, эффект будет как от обычного пореза. Никакого шипения или взрывов голов. Просто раны заживать будут медленнее, если вообще будут.
— А если попробовать порезать его обычным ножом?
— Мы понятия не имеем о его регенеративных возможностях. Оно вполне может быть слабым в человеческом обличии.
— Короче, предлагаю похитить шерифа и пытать его!
— Это федеральное преступление, вообще-то… — сказал знакомый мужской голос.
Это был Финлис, Изабелл с Кейном так увлеклись беседой что не заметили стука в дверь и как Мелисса впустила нового гостя. В руках у агента был чемодан, принадлежащий Кейну и пара его-же ботинок.
— Думаю это ваше? — агент обратился к Кейну.
— Спасибо, — хмыкнул Кейн, забрав только ботинки. — А как ты…?
— Это было нетрудно, учитывая что от гостиницы вел след босых ног.
— Так… Нина вроде тоже босая была…
— Странно, но других босых следов там не было. Только ваши.
— И вправду странно…
— А деньги? — спросил Финлис.
— Подержи пока у себя, потом заберу — пожал плечами Кейн.
Тот секунду удивленно смотрел на него, но в итоге взял себяв руки.
— Кофе? — мило поинтересовалась Мелисса. — А вам юноша, — она обратилась к Кейну. — Я подыщу что-нибудь из одежды покойного мужа. Выглядите ужасно.
— Не откажусь, — кивнул ей агент. — Так что вы задумали? — заговорчески поинтересовался он.
Четыре черных внедорожника неторопливо двигались по дороге вверх. Мимо них почти потоком, то и дело проезжали нагруженные вещами машины.
— Не нравится мне это, — подал голос ГрегШенли, работающий у Хардинга водителем. Сам босс тоже хмуро глянул на проехавшую мимо желтую машину, загруженную доверху вещами. — Люди просто бегут оттуда.
— Значит мы на правильном пути, — хмуро сказал Хардинг и прикурил новую сигарету. Последние пару дней он только и делал что курил, нервы совсем сдали. — Он там, это точно. У него талант оказываться там где не надо.
— Босс, — довольно осторожно обратился Шон Аркеби. Хороший парень, служивший под началом Хардинга вот уже больше пяти лет. — Ещё не поздно повернуть, вы ведь понимаете что это самоубийство.
— Не замечал за тобой трусости, Шон, — голос Хардинга был холоден.
— Я реалист, — вздохнул Аркеби. — Мне просто жалко парней. Кейн чудовище, все знают что его невозможно убить.
— Его можно убить, — не согласился мафиози. — И мы это сделаем. Сделаем или умрем.
— Будем надеяться, будем надеяться… — вздохнул Грег сидящий впереди. — Умирать что-то не очень хочется….
Утро для шерифа Мейда началось настолько ужасно, что нельзя было вообразить. Подняли его в пять утра, и прибыв в полицейское управление не поверил глазам. Там было настоящее столпотворение, люди рассказывали страшные вещи о мертвых соседях, пытавшихся их убить. И ладно бы, об этом говорил один-два человека, но подобные вещи говорили десятки людей. Это было какое-то массовое помешательство. Все что он мог сделать — призвать людей сохранять спокойствие.
Вышло плохо. Успокоить людей не удалось, к тому же поползли слухи. И уже к десяти утра начался «массовый исход». Дорогу расчистили и ничто не могло удержать простых людей. Нет, кто-то по разным причинам остался дома, но вот добрая половина жителей решили убраться подальше от такой чертовщины.
Бегать пришлось много. И по большей части впустую. Места нападений, действительно говорили что тут что-то случилось. Не было ни жертв, не нападавших. Лишь пятна засохшей крови. И никаких следов…