Червь заполнил трубу по диаметру, однако бегущее магнитное поле препятствовало его движению.

Тут город начал пространственную переориентацию, центробежная сила швырнула Червя по трубе и выбросила через открытый порт магнитопровода километром дальше. В этом отсеке кишело скребнями с брюшками из титан-ниодимового ниточного сплава. Что гарантировало отсутствие следящей нанокристаллической пыли.

Скребни вдруг сыпанули в стороны, появилась морда технозавра с огромными загребущими губами. Их создавали как мегачистильщиков, способных подметать всякую мелочь в любых количествах.

За губами видны четыре здоровенные челюсти, смыкающиеся и размыкающиеся по горизонтали и вертикали, украшенные двумя рядами диамантоидных шипов – явно для крошения более крупного мусора.

Червя об этом не предупреждали.

Он подпрыгнул как мячик, прилип к потолку и упал в раскрывшуюся пасть завра, прежде чем тот успел сомкнуть челюсти.

Где-то тут, в ворохе его наноплантовых внутренностей, затерялась шина расширения, скорее похожая на кишку, чем на позвоночник, надо поскорее подключиться к ней коннектором-вампиром. Засёк ее слабенькое излучение, впился штекером, теперь подбираем коды прерывания. А завр, устроенный как пылесос, пытается выдуть Червя наружу порывами ветра до 200 км/час. Удалось сымитировать прерывание от контроллера смыкания челюстей – теперь несколько миллисекунд потратим на то, чтобы вбить в регистр инструкций у дурной твари указатель на «возвращение в домик».

И завр неспешно двинулся в свой «домик» с Червем во чреве.

Они оказались в огромной ячеистой структуре. Пора покинуть гостеприимного переносчика через заднее сопло.

Ячейки образованы трубчатыми соединениями, которые при большом оптимизме можно назвать «балками». В мрачном мерцании органических светодиодов было видно, что они на самом деле являются трубами, прозрачными и пульсирующими. По ним под воздействием электродов текут разноцветные электролиты, участвующие в катаболизме города света, выстроенном в значительной степени из квазиживого нанопланта.

Двигаться по такой балке крайне неудобно, разве что обвивая ее.

В соседней ячейке что-то шевелится. У этого «что-то» круглая головка, из-под зеркального забрала свисают слюни катаболитов, а гибкое тело, толщиной со шланг, украшено присосками. Явно биомех. На голове мощный разрядник – два рога побольше и множество мелких – стопки нейронов, мутировавших в электрические органы.

Разряд опалил Червя и сбросил в направлении центробежной силы. Приземление на следующую балку оказалось жестким.

Биомехи, похожие на мокриц, были и здесь, причем со всех сторон от него.

Они лупили фиолетовыми разрядами, напряжением в несколько киловольт – если попадали в балку, та мгновенно обрывалась, брызгая метаболитами и закрываясь облаком пара. Но для биомехов главным было уничтожить пришельца.

Червь, расслабив тело, зацепился за нижнюю балку, отпустил верхнюю и сделав еще несколько таких «шагов», оказался на палубе огромного склада. Рванулся бешенными извивами по поднимающемуся пандусу в соседний отсек. Люк захлопнулся за ними, оставив биомехов биться снаружи.

Здесь он застрял в непролазной грязи. Поспешил – биомехов насмешил. Серая слизь – отработавшие, но еще продолжающие реплицироваться ассемблеры – заполняла мусорный отсек. Питаясь окислением аммиака, что образовывался гниющей здесь органикой. Хорошо, успел отключить запаховые рецепторы, иначе сенсорные стеки были б сразу переполнены.

За красной панелью прошел сигнал, замкнувший электрическую цепь. Открывалась дверь мусорного терминала, ведущая прямо в жужжащую полость молекулярного дефабрикатора.

Стена, трансформировавшаяся в огромный ковш, понесла Червя вместе со слизью в уничтожающую мглу, но в последний момент его ухватило что-то похожее на бабочку.

Оно вырвало Червя из объятий серой слизи и втянуло под спасательный щит.

Через пару минут сработал вакуумный выхлоп и его вынесло в космос. Вместе с тем существом. Задание выполнить не удалось.

– Ты кто? – обратился он к спасшему его существу, используя коммуникационный протокол для периферийных устройств вроде игрушек и принтеров.

– Я не помню, DANNY2WURM, – призналось существо. – Знаю лишь то, что недавно родилась из уютной куколки. И осознаю себя как будущая мама.

Оно, действительно, смахивало на бабочку – головкой с сосущим хоботком и фасеточными глазами, грудкой с тремя парами ног, заканчивающихся блестящими шпорами, двумя парами крыльев, перепончатыми, с радиальными жилками из металлорганических трубок. Их чешуйки сверкали перламутром благодаря фотонным кристаллам.

Бабочка была повреждена. Кольца ее брюшка светились красными трещинами, фотоника сигналила о повреждениях, а с двух крыльев осыпались чешуйки и были видны разрывы биополимерных перепонок.