Я не хотела дать Брендону умереть, даже не попытавшись его спасти, но одна я не могла поднять его наверх.

Мы умрем оба.

У меня закончился воздух и заболели легкие. И тогда внезапно я увидела кого-то, кто надо мной погружался в воду. Ашер. Он плыл к нам быстрее чем это было в сущности возможно. Я почувствовала, как его стена поднялась, прежде чем он обнял за плечи одной рукой меня, а другой Брендона. Затем он поставил обе ноги на дно бассейна и оттолкнулся, и мы все трое словно ракеты помчались на верх.

Моя голова разорвала поверхность, и меня вырвало хлорированной водой, пока Ашер тащил меня и Брендона к краю бассейна. Почти силой он оторвал мою руку от руки Брендона. И совершенно внезапно я снова могла думать.

Ханк, сторож, который закрывал бассейн каждый вечер, милый мужчина, лет шестидесяти, помог вытащить Брендона из бассейна, в то время, как Ашер поднимал его снизу. Тогда он грациозно поднялся наверх сам и протянул мне руки. В отличие от Брендона ему не составило труда вытащить меня, как будто я был ребенком, а не неловкой девочкой ростом метр семьдесят пять.

И он больше не поставил меня на ноги.

Он обнял меня и нежно прижал к себе. Мое холодное тело стало согреваться там, где он касался меня. Раскаленно горячий огонь распространялся во мне, когда Ашер провел своей сильной рукой по моим волосам, чтобы прижать лицо к плечу, и я бесконечно наслаждалась теплом.

Это могло бы длиться вечно, но кашель Брендона заставил меня прислушаться. Я упёрлась руками в плечо Ашера, пока он не поставил меня на ноги. Мы пошли к Брендону, которого Ханк стабилизировал в боковом положении. Наполовину в сознании, он выплевывал огромное количество хлорированной воды. Лужа воды рядом с его головой смешалась с кровью. Ханк попросил нас, чтобы мы остались с Брендоном, в то время как он побежал в офис и вызвал врача.

Когда я протянула руку к Брендону, Ашер удержал ее. Я посмотрела в его, наполненные яростью глаза. С одновременно испуганным и непоколебимым выражением лица он покачал головой.

Я успокаивающе улыбнулась ему и надеялась, что выглядела правдоподобно. — Позволь мне быстро.

— Твоя защита будет опущена. Что, если…

— Если тебе надо уйти, то иди, но не пытайся препятствовать мне.

Ашер не ответил и, в конце концов всё таки отпустил меня. Я почувствовала, как он усилил свои стены.

— Следи за тем, чтобы Ханк ничего не заметил, — прошептала я.

Я прикоснулась к плечу Брендона, и воспламенился поток энергии, перетекая от меня к нему. Процесс исцеления, который начался на глубине двух метров, продолжился, как будто и не был прерван моментом, когда мы оба чуть не утонули. Его легкие будут в порядке, он выплюнул большинство воды и прерывисто дышал. На его подбородке появлялся красный кровоподтёк, и на затылке кровоточил небольшой разрез, который он видимо получил, когда падал, ударившись о край бассейна. Эти раны излечились без последствий, но меня беспокоило сотрясение мозга.

Мне всегда приходилось хорошо постараться, чтобы вылечить сотрясения мозга Анны. Они адски болели и выбивали меня ментально из колеи так, что я часто не могла вылечить себя даже по прошествии нескольких часов. Я стиснула зубы и попыталась расслабиться. С закрытыми глазами представила себе сначала рану, а затем, как она исчезает. Как будто из далека я заметила, что Ханк возвращается, и Ашер встал передо мной как щит.

После того как сделала все от меня зависящее, я отпустила Брендона, открыла глаза и увидела знакомые синие искры. Они побледнели, когда Брендон открыл глаза. И когда он направил свой взгляд на меня, я облегчённо вздохнула. Я старалась выглядеть нормальной, но перед глазами все расплывалось и моя голова была готова лопнуть. Обеспокоенно моргая, он смотрел на меня и спросил:

— Реми? Что случилось? С тобой все в порядке?

Я наклонилась к нему и коснулась своим ноющим лбом его.

— Конечно, Брендон, — сказала я, все еще дрожа от последствий процесса исцеления. — Но в следующий раз, если захочешь утонуть, взгляни, нет ли поблизости хорошего пловца. Ашеру пришлось вытаскивать нас обоих.

Брендон нежно потер мою руку, чтобы согреть.

— Что случилось? Я помог тебе вылезти из бассейна и…

— Это моя вина. У меня было дежавю, и я запаниковала.

Когда до него дошло, Брендон широко раскрыл глаза. Он вспомнил о синяках на моем лице. Люси должно быть рассказала ему что-то о причинах моего переезда в Блеквелл Фоллс, но он никогда не задавал мне вопросов. Я почувствовала новую волну симпатии к этому парню, которого я почти убила из-за потери контроля над собой. Пристыжено я закрыла глаза.

— Мне очень жаль, Брендон.

Я убедила себя, что подхожу к им, что меня могут принять. Он шокировал меня, когда сел и обнял, причем обдуманно положил руки наверх моей спины.