Рик дорвался до фруктов, а Александр попробовал немного каши и мяса. Простая еда, но вкусовые анализаторы, что заменяли рецепторы, выдавали всплеск удовольствия.

В последнее время Александр вдруг стал осознавать свою ненастоящность. По крайней мере он так называл это ощущение, но не мог подобрать ему более подходящего определения.

В момент, когда другой человек прислушивался, сосредотачивая внимание на конкретном звуке, Александр мысленным посылом, скорее даже неосознанным приказом, переключался на более чувствительный датчик звука. И что самое интересное, он мог варьировать степень улавливания звукового сигнала. Сначала неосознанно, будто прислушиваясь, а потом и сознательно, как бы прибавляя громкость.

Со зрением и так было всё понятно, дополнительные функции были опробованы уже давно и на каждую имелся свой мыслекод.

С моментами, когда он бесконтрольно мог что-то сломать, нечаянно применяя силу, тоже справился ещё в период реабилитации. Хотя профессор говорил, что используемый ресурс равен всего лишь пяти-семи процентам. Развивать контроль над телом предстояло ещё долго. И в новом теле крылось много загадок. Например как сейчас.

Где-то в сознании, а может это было и не сознание, а сопроцессор, что помогал мозгу справляться со сложным кибернетическим механизмом-телом, прозвенел этакий звоночек. Да и не звоночек, конечно, а некий импульс пробежал по искусственным нейросетям и настоящим нервным окончаниям, что сохранились ещё. Он, этот импульс, нарастал с каждым мгновением, туманя само сознание. И вдруг в голове прозвучал отчётливый голос.

— Внимание! В организм попали отравляющие вещества! Включена система очистки! Впредь о схожих ситуациях будет оповещено ментально в виде мыслеобразов. — Наступила тишина, Александр замер, вращая головой, пытаясь понять откуда звучит голос. — Желаете назначить звуковой сигнал и привязать его к конкретному мыслеобразу?

Александр застыл. Эти слова он уже слышал, когда они с профессором тестировали зрение. Тогда он назначал мысленные картинки, такие как летучая мышь к определённым частотам восприятия.

— Да, желаю, — вслух ответил он, но тут же подумал, что это не обязательно.

— Назначьте мыслеобраз.

— Змея, — вновь вслух сказал он и представил себе готовящуюся к броску гремучую змею.

— Мыслекод принят. Очистка закончена, идёт идентификация отравляющего вещества.

— Чёрт, я схожу с ума, — Александр отодвинул от себя тарелку с кашей. — У меня в голове голос.

Он улыбнулся своим словам. Конечно он понимал, что это не тот голос, что слышат умалишённые, но всё же. Одно дело слышать что говорит компьютер, когда подключен к терминалу шлейф-кабелем, и совсем другое, когда ни с того ни с сего кто-то начинает говорить у тебя в голове.

— Внимание! Опасности нет! Вещество является редкой специей и идентифицировано как харом, афродизиак, произрастающий исключительно на планете Фарос. Добывает…

— Заткнись! — рявкнул Александр. — Не хватало мне ещё слушать компьютер в своей собственной голове! Заткнись! И в следующий раз информацию выводить на внутреннее зрение в виде текста.

Как ни странно, но это подействовало, перед глазами появилось прозрачное изображение кучки какого-то вещества сероватого цвета, а сбоку картинки побежала колонка текста.

Его не пытались отравить, просто в мясо добавляли специю, которая растёт только здесь, на Фаросе и обладает ярко выраженным свойствами сильного афродизиака, что как известно очень положительно влияет на потенцию у мужчин.

Четверть часа Александр ходил из угла в угол, размышляя о том, какие ещё секреты таятся в его голове. И не только в голове.

Остановившись в одном углу, он упёрся взглядом в противоположный, мысленно заставляя зрение укрупнять то, что он видит. В итоге перед глазами была серая полоса, что в реале представляла из себя всего лишь мелкий, в миллиметр, завиток рисунка полимерных обоев.

Прикрыв глаза, отдал приказ на поиск устойчивых звуков и тут же получил что-то похожее на хруст. А ещё через секунду звук стал ассоциироваться с человеком, который ест попкорн. Много попкорна.

— А как на счёт запахов? — Александр вдохнул насколько позволяла его грудная клетка в купе с искусственными лёгкими. И тут же в сознании пролетели несколько картинок — мясо, каша, фрукты, деодоратор воздуха из ванной комнаты…

Подойдя к столу он схватил яблоко из плетёной корзиночки и зажмурившись, прислонил к носу и вновь вдохнул. Теперь уже картинка была более отчётливой. Яблоко, жёлтое, спелое, но на фоне всего этого вырисовались цифры — 89, и значок процентов рядом.

«Ага, спелость на восемьдесят девять процентов»!

Он откусил от плода и тут же вспышка. Да, это было похоже на вспышку. Он вдруг осознал, что яблоко содержит около двух граммов железа. А ещё калий, кальций, натрий, фосфор, белок, углеводы и воду.

— Этак я могу работать анализатором или дегустатором! Эй, Рик! Ты только что съел половину периодической таблицы!

Но обезьянка, которая действительно съела половину, но не периодической таблицы, а фруктов, никак не отреагировала на слова Александра, лишь взглянула коротко и вернулась к вылизыванию шерсти на брюхе.