– Да.

– Ну и ладненько. Надеюсь, на этом все, господа? Я могу быть свободным?
– бледнолицый парень усмехнулся своей шутке. Быть у себя дома и проситься уйти. Смешно.

Белый маг Нориум, не прощаясь, начал превращаться в окаменевшую, белую статую. Так конклавцы телепортируются. Едва корочка белого камня коснулась шеи, как слово взял Абсолют. Нориум передумал перемещаться, кожа приобрела нормальный, желтоватый оттенок.

– Клемента, сын мой, близится час,

В пучине сомнений ты погряз,

Исполнить волю мою решись,

Воинам Семнадцати уже не спастись!

Клемента закатил глаза. Очередная попытка Абсолюта переубедить строптивого Негатора. А он уж было подумал, что сегодня повезет.

– Вообще-то, мы договаривались о другом...

– Исполнить волю мою решись,

Воинам Семнадцати уже не спастись.

Мага своего отпусти,

Ситуацию не усугуби!

– Олиум, я устал повторять: Арханиус мой учитель. Я не позволю тебе его убить!

Лицо Нориума приобрело пунцовый оттенок. Мужчина в негодовании сжал свой посох. Клемента знал, Белый маг никому не прощает фамильярное обращение к своему господину. Даже Негатору.

– Мальчик, как ты смеешь обращаться к Владыке на "ты"?
– глаза Нориума вспыхнули праведным гневом. Хозяин дома усмехнулся - конклавец предсказуем.

– Владыка, его нужно наказать.

– Ну, попробуй, - хмыкнул Клемента.

Абсолют не обратил внимания на перепалку.

– Отказываться глупо с твоей стороны,

Ты смертен, сын мой, увы.

Верной службой меня польсти,

И я смогу тебя простить.

Клемента только покачал головой. Он никогда не согласится убить Великого Мага Арханиуса. Ни своими, ни чужими руками.

– Арханиус останется жить. И точка!
– парень твердо стоял на своем.

Молочный шар посерел и потускнел, как будто решение молодого человека для него действительно важно:

– Отказ, сын мой, огорчает меня,

Душа болит смотреть на тебя.

Но планы менять уже поздно,

В Цитадели все скоро начнется.

– Да, пожалуйста!
– отмахнулся Клемента.
– Я только Арханиуса заберу. Вводи в игру прототипа. Судьба Цитадели меня не волнует.

– Мальчик, не смей так говорить с Владыкой!
– опять вклинился Белый маг.

– Олиум, заткни своей шавке пасть!
– хозяин дома начинал сердиться.
– Иначе это сделаю я!

– Да как...
– мужчина захлебнулся от негодования. Часть белоснежной бороды исчезла. Белый маг направил набалдашник посоха на парня. Белая сеть, похожая на рыболовную, бросилась к выбранной жертве...

Клемента утратил над собой контроль. Уже вторая попытка на него напасть. Причем в его же собственном доме. Этого нельзя прощать! Верхние губы приподнялись, обнажая звериный оскал. Страшная сила Негатора накинулась на Белого мага. Мужчина, вскрикнув от нестерпимой боли, рухнул на пол.

– Олиум, меняю жизнь твоей шавки на жизнь Арханиуса, - спокойно проговорил хозяин дома, глядя, как Нориум хрипит и корчится в муках на полу.

Молочный шар почернел. В гостиной существенно потемнело. Он не любит, когда ему ставят условия. И Клемента это прекрасно знает.

– Ты забываешь, смертный,

С кем говорить имеешь честь.

В мире нет...

– ХА! ХА! ХА!
– Негатор перебил собеседника.
– Ты - Миросоздатель! Мнишь себя Абсолютом. А на самом деле, ты ничтожество. У тебя отобрали твой мир-близнец. Ты нищ. Ты жалок. Твоя участь - сгнить в небытие!!!

Воздух зазвенел от напряжения. Казалось, еще чуть-чуть и шар вынудит замолчать грязный рот Клементы. Но они оба знают, что шар этого не сделает. Шар вообще ничего не может сделать. Утратив физический облик, потеряв связь с миром-близнецом, Абсолют перестал существовать как независимый элемент жизни. Теперь он всего лишь энергия. Субстанция, способная только влиять на других, чтобы чужими руками прийти к своей цели - уничтожить остальных Миросоздателей, захватить власть над их мирами и, наконец, обрести утраченное тело.