– Бери шинель, пошли домой, – сказал Дима очень усталым голосом.

– То есть сиди на месте, сейчас мы тебя заберем.

– Засада? – спросил Шварц, все это время очень внимательно за Димой наблюдавший.

– Да не похоже. Но я терпеть не могу, когда меня держат за дивайс. А мы ведь не дивайсы – верно? Ладно, дядя, мы выясним, как ты нас поимел и зачем. А потом сообразим, как поиметь тебя… У дома нет никаких хозяев – понимаете, мужики? Он не продан. Демонстрационный образец, наверное, потому и с мебелью.

– Я другого не понимаю – этот тип нам заплатит или как?! – разволновался Армен.

– Он заплатит в любом случае! – пообещал Дима. – Хорошо, Шварц, давай за руль, сейчас Абрамчика подхватим – и баиньки.

И тут телефон зазвонил вновь.

– Димка, вы где?! – прокричал Абрамчик. – Сваливайте оттуда, мухой!

– Шварц, полный газ! – рявкнул Дима. – Абрамчик, мы сейчас…

– Не надо, я сам уйду! Бегите!

– В чем дело?

– Только что подкатило еще две машины. Одна – черный «Севиль», а другая – охрана! И все полезли в дом! Похоже, вы наследили. Убирайтесь как можно дальше от этого люка проклятого!

– Шварц, уходим! Абрамчик, ты точно выберешься?

– Вот и плакала наша зарплата… – пробормотал Армен. – Дим, это я виноват. С меня потом спросишь за самодеятельность. Я отвечу.

– Он! Вот кто ответит! – прорычал Дима, швыряя под ноги телефон.

– Кто?! Я-а?!!! – заорал Шварц.

Фургон опасно завалился набок в крутом повороте.

– Да не ты, придурок! Он!

– Я, – согласился Армен.

– И-ди-о-ты! – заключил Дима. – И я – главный!

– Это я виноват, – сказал Мэт. – Я должен был задержать вас хотя бы на сутки-двое. Чтобы не сразу полезли – молодые, горячие. Инженеры, трам-тарарам. Передовики соцсоревнования, вашу мать. Ломанулись, как на трудовой подвиг. По работе соскучились. А все я, старый дурень…

– Мы тебя долларом накажем, – пообещал Дима. – Чтобы не очень убивался. Ну, и?..

– Наш заказчик – отставной федеральный агент. Специалист по электронным системам безопасности. Последние несколько лет работает на фирме, поставляющей населению самые навороченные смарты. Отвечает за наладку защиты от проникновения.

– Я не понимаю. – Дима помотал головой. – Почему он не мог с нами договориться по-человечески? Ну, искал мужик брешь в защите. Ну, решил, что две головы лучше. И что? Были же случаи… Нанимали взломщиков опытных на вполне законных основаниях! Да мы бы ему… В лучшем виде!

– Думаю, все дело в том, что этот тип – бывший фед. Он воров за людей не считает. Просто не может, воспитание не то. Вы для него так – расходный материал.

– Я его, гада, самого израсходую! – прорычал Дима.

– Но-но! Попросил бы! И думать не смей.

– То есть он точно не заплатит, – горестно заключил Армен. – Он нас не боится ни капельки и поэтому не заплатит. Ребята! Мамой клянусь – я отработаю!

– Заказчик отработает, – твердо сказал Дима. – Его-то собственный домик наверняка хорошо упакован. Много не утащим – так хотя бы в душу ему наплюем. Чтоб знал наперед, как русских подставлять.

– Ты же сам говорил, что смарт не берется! – удивился Мэт. – Слушай, не лезь на рожон, а? Зажми в кулак самолюбие. Ну его.

– Смарт берется! По закону лома.

– Он уже сработал один раз, твой закон, – напомнил Армен. – И клиент наш обожаемый назубок его выучил теперь.

– То был закон лома для разомкнутой цепи. А мы устроим – для замкнутой!

– Это как?

– Если плюс и минус, – произнес Дима тоном лектора, – замкнуть ломом, то лом слегка нагреется, а вот цепь развалится на хрен!

Изумленные подельники благоговейно затихли, переваривая услышанное. И первым голос подал Мэт.

– Диверсия! – воскликнул он. – Я подниму старичье, угоним пять бульдозеров и перепашем там все к такой-то матери! А вы под шумок…

– Как ты достал со своими бульдозерами, дядя Матвей!

– Или не я долбал этих долбаных америкосов в злодолбучем Нэме?!

– Если б ты воевал в Нэме, тебя бы фиг пустил сюда иммиграционный контроль.

– А им кто-то что-то сказал? Ха! У нас тут знаешь какие бойцы осели? Да мы та еще пятая колонна! И если Родина прикажет…

– Расслабься, дядя Матвей. В гробу тебя видела твоя родина. И потом, здесь местных бойцов до фига и больше. Забыл, что ли, в конце недели – День Родни Кинга.

– О-па! – восхитился Шварценеггер, все это время отсиживавшийся молча в углу. Он там калькулятором щелкал и вздыхал тяжело, подсчитывая, наверное, упущенную выгоду и растраченный зазря креатив. – Отвлекающий маневр! Конгениально.

– Большой Али нам этого урода сосватал? – продолжал Дима. – Вот пусть и выручает теперь. Я сам пойду говорить с ним. Сейчас же.