О работе муж рассказывал неохотно. Упоминал не раз, что они крутятся, как могут, кризис вроде бы преодолели, но перспективы туманные. Как, впрочем, и у всех. А в последнее время Дима стал частенько уезжать в командировки, говорил, что надо создавать и развивать региональную сеть.

– Ну а должностьто у тебя теперь какая? – допытывалась Даша.

– Я попрежнему менеджер.

– Вот ты тупица! Учись у Голицына!

И вот она увидела наконец место работы мужа. И от этого «головного офиса» испытала страшное разочарование. От метро страсть как далеко, «АNДА» арендует два этажа у какогото научного института, здание старое, давно уже требует ремонта, во дворе бардак – сплошные коробки. Муж, который встречал Дашу на крыльце, заметил ее взгляд и сказал:

– Внутри не все так ужасно. Может быть, зайдешь, глянешь?

– Чего я там не видала? – раздраженно сказала она. – Давай, Сажин, отпрашивайся быстрее у своего начальника, и поехали по магазинам! Алиса дома одна, и я переживаю.

– Дада, конечно, – заторопился Дима.

И в этот момент Даша увидела Дана. Сердце у нее упало: он был еще лучше, чем в студенческие годы, когда они встречались. Дан здорово изменился с того дня, когда Даша видела его в последний раз, стал таким значительным. Голицын явно преуспевал. Он был в отличном костюме, идеально пострижен и выбрит, от него пахло дорогим одеколоном. В общем, картинка из журнала. Мазнув по Сажиным взглядом, он равнодушно обронил:

– Привет.

Видимо, относилось это к Даше, с Димкойто они виделись каждый день. Она кивнула, не в силах сказать ни слова. Сердце снова билось гдето в животе, руки предательски дрожали. И Даша поняла: ничего не прошло. Она попрежнему любит Дана, любит отчаянно, безумно и без всякой надежды. Вот настоящий мужчина! Умница! Красавец! Преуспевающий бизнесмен! Владелец фирмы, в которой простым менеджером подвизается Дашин муж. Она перевела взгляд на Димку и пришла в отчаяние. Тряпка! Даже одеться нормально не может! Похоже, он сам грузит эти проклятые коробки!

Пока Даша пыталась прийти в себя, Дан обернулся и нетерпеливо сказал:

– Ну что? Ты идешь?

И Даша наконец увидела ЕЕ. Ту женщину, ради которой Дан ее бросил. Надо признать, выбор был достойный. Платиновая блондинка в белоснежном кожаном пальто, отороченном песцом, благоухая французскими духами, выпорхнула из дверей офиса и взяла Голицына под руку. Это белое пальто Дашу и добило. Похоже, оно стоило сумасшедших денег. А жена Дана… Даша невольно сглотнула и попятилась в тень. Не дай бог оказаться рядом с Анжеликой! Сравнение явно не в Дашину пользу. Какая же у Дана красивая жена! Холеная, уверенная в себе, в своей неотразимости. Настоящая модель! Такие женщины снимаются в глянцевых журналах, и мужчины сходят по ним с ума.

В этот момент к крыльцу подкатил черный «Мерседес», водитель вышел из машины и почтительно открыл перед Голицыным переднюю дверцу:

– Пожалуйста, Даниил Валерьевич.

Потом помог усесться Анжелике. Та брезгливо подобрала полы своего белоснежного пальто, чтобы не испачкалось о грязный порог. Хлопнула дверца, и Голицыны уехали. Даша стояла как оплеванная. И она всерьез считала свою жизнь нормальной?! Да просто потому, что не видела, как живут люди, у которых жизнь понастоящему удалась! А у Голицыных она явно удалась. Небось в ресторан поехали. А не по оптовым рынкам, закупать продукты на неделю вперед.

– Милая, ты в порядке? – заботливо спросил Дима, беря ее за руку и заглядывая в глаза.

– Да иди ты! – Она вырвала руку и кинулась к машине.

Ночью она наглоталась успокоительных таблеток. Дима, который сразу почувствовал неладное, вышиб плечом дверь в ванной комнате и вызвал «Скорую». Пока она ехала, сделал жене промывание желудка. Даша рыдала и кричала:

– Ненавижу тебя! Ненавижу!

– Тихо, Алиса все слышит, ради бога, тихо, – уговаривал ее Дима. Потом не выдержал и в сердцах сказал: – Эгоистка! О ребенке хотя бы подумай! Мамочка заболела, – сказал он испуганной Алисе, которая босиком стояла в коридоре, переминаясь с ноги на ногу.

С неделю Даша пролежала в больнице. Все эти дни она корила себя. Сама ведь училась на психолога и не смогла справиться со своими чувствами! А еще издает журнал с уклоном в психологию! Но стоило только закрыть глаза, как Даша видела Дана, выходящего из офиса под руку с ослепительной Анжеликой, и с губ невольно срывался стон.

Потом у Даши наступила тяжелейшая депрессия. Ей ничего не хотелось, она часами лежала, отвернувшись к стене, журнал «Я моя» загибался.

– Я не хочу больше слушать твоих возражений, – решительно сказал Дима. – Иду в турагентство и покупаю тебе путевку.

– А как же Алиса?

– Мы справимся. Мама приедет.

– И куда я поеду? – вяло отнекивалась Даша.

– В Египет. На Красное море. Говорят, оно очень красивое.

– Одна? – испугалась она.

– Одной и в самом деле нехорошо будет, – нахмурился Дима. – А я уехать из Москвы сейчас не могу. Отпуск мне никто не даст. Поедешь с сестрой.

– Со Светкой?

– А что? Плохая компания?

– Нет, отчего же. А деньги?

– Дан сказал, что поездка в Египет стоит дешево. Они с Анжеликой там были уже три раза. Теперь предпочитают Европу.