Юноша вздохнул:

– Ты прав, но она мне все равно не нравится. Что-то не то в ее красоте. Ненавижу таких женщин!

– За что? – изумился скульптор.

– За то, что сбивают с толку таких мужчин, как ты! Не задерживайся, чтобы мне не пришлось звать Гора на помощь.

– Не придется! – твердо обещал Менес, шагая за порог мастерской.

Храм Сета невелик, хотя Город – его владения. И дом жреца Сетмета мал, зато огромен сад при доме.

Только глянув на состояние деревьев, дорожек, кустов и цветов, Менес понял, кто наслал на Город песчаную бурю – в саду Сетмета не было ни единой лишней песчинки, ветер словно обходил его стороной.

Вечер еще не наступил, но приходить без приглашения к такому человеку не стоило и днем. Однако Менес решительно направился к воротам и постучал.

Открыли тут же, слуга молча разглядывал нежданного гостя.

– Передай хозяину, что мне нужно с ним поговорить. Немедленно. Я скульптор Менес.

– Я знаю, – кивнул слуга и сделал приглашающий жест.

Хозяин дома был высок, худощав и очень похож богомола – одни жилы. Кустистые брови настолько густы, что глаза под ними разглядеть просто невозможно. На худых руках браслеты с символами Сета и красными камнями, по подолу схенти и передника тоже красная полоса. Голова гладко выбрита, на затылке татуировка знака Сета.

– Что привело тебя ко мне?

Менес решил не тянуть, наверняка этот черно-красный паук давно все понял.

– Меня интересует девушка – Незер. Она исчезла…

– Украв у тебя что-то? – голос у Сетмета чуть скрипуч, словно ветер шевелил старый папирус.

– Я хочу всего лишь узнать, кто она. И что за тайну скрывает.

Сетмет усмехнулся:

– Любая тайна стоит золота.

– Скажи, сколько ты хочешь, и я заплачу.

Жрец запросил с Менеса столько же, сколько с Незер, но скульптор не торговался, просто швырнул Сетмету мешочек с шетитами, не считая, хотя там было больше запрошенного. Жрец поймал золото, по весу понял, что не прогадал, и потребовал:

– Ты никому в Городе не расскажешь то, что услышишь от меня. Хотя бы в ближайшие дни не расскажешь.

– Говори! – приказал скульптор. Он вовсе не собирался ничего обещать этому скорпиону в обличье жреца.

– Незер совсем ничего не говорила о себе?

– Если бы рассказала, стал бы я тебя спрашивать? Говори!

– Я просто хотел понять, что тебе уже известно. Она была жрицей в храме Хатхор в Дандаре.

У Менеса внутри все сжалось, вот откуда у девушки такой опыт в любви! Значит, чувство его не подвело, Незер и впрямь познала немало мужчин. Но жрец возразил на невысказанную боль Менеса:

– Нет, она не успела послужить, родила от первого же очень дорогого богине гостя.

Час от часу не легче!

– У Незер есть ребенок?!

– Да, сын. Но малыша забрали у матери еще младенцем, так поступают всегда в храмах. Ей сказали, что малыш умер, но строптивая девчонка не поверила и отказалась служить Хатхор, пока не узнает все подробно.

Менес почувствовал некоторое облегчение. Незер все же заслуживала уважения.

Внимательно глядя на скульптора, жрец продолжил выдавать тайны красавицы:

– Конечно, в храме ничего не сказали, но нашлись те, кто шепнул, что правду знаю я. Тогда эта девчонка сбежала из храма и явилась сюда, чтобы…

– Это тебе она отдала деньги, которые получила за анх!

Менес невольно запнулся, сообразив, что выдал Незер, его душила досада. Скажи Незер о своей тайне, не пришлось бы ничего красть, этого черного паука вполне можно купить за золото.

– И что же за тайну ты знал? На мгновение Сетмет усомнился, не запросить ли еще золота, но бросил взгляд на сильные руки скульптора и решил не рисковать без необходимости.

– Я знаю, где ее сын.

– Где? Не тяни! – у Менеса сжались кулаки.

– У Сета.

– Где?!

– У бога Сета. Незер отправилась в Верхний Египет, чтобы на правом берегу попасть во дворец Сета. Два дня назад из Шедета вышел караван…

– Ты лжешь! – поморщился Менес. – Всем известно, что город Сета – Нубт, а он на левом берегу.

– Нет… У Сета не один город, на правом берегу в горах у него зеленая земля и роскошный дворец, а Нубт… это только скромный походный стан.

– Но легче доплыть по реке, чем идти караваном через пустыню, откуда люди бегут к нам.

Жрец довольно рассмеялся, смех был неприятным, у Менеса просто руки чесались стиснуть его горло, чтобы захлебнулся этим смехом.

– Открою еще одну тайну Незер, так и быть… Она не умеет плавать и страшно боится воды. Потому отправилась с караваном вокруг.

Менес все же схватил паука за шею, тот захрипел, задергался, понимая, что каждый миг может стать последним.

– Я не лгу, не лгу! Я сам помог ей устроиться в караван и договорился о помощи в пути. На это и пошло ее золото.