Я кричу и обнимаю Портера, сбивая его с ног так, что он ложиться поперек моей кровати.

– Серьезно?

Он ярко улыбается и кивает.

– Да, они влюбились в него. Полагаю, что кое-какой бьюти-блоггер восторгался по поводу того, что она вышла бы замуж за парня, который им пользуется.

Я смотрю на него скептически.

– Не думаю, что я использовала слова «выйдет замуж».

– Ну, у меня есть время, чтобы изменить это, - он подмигивает.

Я опять бросаюсь всем телом на него, бесконечно целуя его, пока его руки работают под несколькими слоями одежды, которую я одела.

– Это все реально сейчас? – спрашиваю я.
– Ты на самом деле здесь?

– Да, малышка, - он пробегает губами по моей шее.
– Ты так и не ответила мне, могу я переехать?

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Что?
– он отстраняется, выглядя уязвленно.

Я пробегаюсь пальцами по его челюсти, пока говорю:

– Видишь ли, я планировала провести много часов в кровати с тобой, а при наличии соседки, мы можем подпортить ей настроение этим. Как насчет того, чтобы найти свое собственное место?

– Я не знаю, ты сможешь справиться с моей щетиной?

– А ты сможешь справиться с моей Особой Красной Точкой?

Смеясь, он снова меня целует.

– Я думаю, что это уже традиция.

Эпилог.

***Марли***

– Почему здесь так жарко?
– жалуется Пол, размахивая одним из моих журналов перед своим лицом.

– Может, потому что ты решил съесть половину индейки, весь пирог, картофельное пюре и банку клюквы, - я указываю на его маленький, пивной животик.

Пол поглаживает свой живот и говорит:

– Должен соответствовать женушке.

– Ох, так в твоем животике тоже растет малыш?

– Еда, да.

– Итак, через три месяца, когда Саванна родит твоего ребенка, что ты планируешь делать?

Пол даже не задумывается, когда говорит:

– Захвачу немного очистителя для кишечника и выдам самое большое дерьмо в своей жизни.

– Зачем я вообще спросила? – я закатываю глаза.

Портер наклоняется и целует меня в ушко, прежде чем прошептать:

– Убеждай сама себя в этом, малышка.

Мы живем в Калифорнии вместе больше года, варим мыло и пишем о нем блоги. Мыло для Мужчин продается, несмотря на мои ранние идиотские прогнозы. Поскольку мы живем в Лос-Анджелесе, мыло на самом деле было хорошо воспринято мужчинами-знаменитостями. Им нравятся натуральные ингредиенты, что не чувствуют ощущение пленки после него, и то, как оно пахнет - не могу винить их за это. Каждый раз, когда Портер выходит из душа, я должна напоминать себе, что он не секс-машина, раздающая оргазмы. Он, в самом деле, мужчина со здоровым либидо, которому нужно, по крайней мере, десять минут, прежде чем снова вернуться на женскую территорию.

Папа открыл Тыквенное Поле на ферме в прошлом году со своим другом Томасом, и это имело огромный успех. В этом году, они добавили Кукурузный лабиринт и Тыквенный закон. Когда он не носиться на ферме, он руководит своими наемными работниками, которые проводят каждое утро за доением коз для мыла Портера. На ферме дела идут лучше, чем когда-либо.

А теперь Пол. Он доказал всем, что у него на самом деле есть яйца, и оплодотворил свою жену. Он вывел детский вес на новый уровень, едя за пятерых. Портер не может устоять, чтобы не ткнуть его в животик, каждый раз, когда у него появляется возможность.

В этом году мы решили провести День Благодарения в Калифорнии, пригласив семью в гости впервые, после того как стали жить вместе. Для Пола все еще проблематично смотреть, как Портер целует меня, но он это переживет. Нет никаких шансов, что я останусь без его поцелуев, только потому, что Полу неудобно.

– У тебя есть Funyun? Мне нужно что-нибудь солененькое, - Пол поднимается и начинает осматривать всю кухню.

– Он чудесный, - Саванна улыбается и держится за свой животик.

Я бросаю взгляд на Пола, который нашел все наши запасы Funyun, и теперь сидит на нашем кухонном островке и поедает их, крошки падают на его рубашку и торчат из его бороды. У Саванны должно быть что-то вроде розовых очков, потому что нет ни единой возможности, что кто-то в здравом уме будет считать это милым.

– Это место действительно хорошо выглядит, - папа делает нам комплимент.
– Мне нравится, что вы сделали с каминной полкой.

Я иду туда, где он стоит, и оборачиваю свою руку вокруг него. Над каминной полкой, мы повесили мамины письма, написанные для меня и Портера, в матовые рамки, а под ними мы добавили снимок Портера на Ранчо Кадиллаков, снимок, который отдала мне мама, и снимок того дня, когда Портер сделал мне предложение на пляже. Это небольшая ода нашим отношениям… в которых мы стали, тем кем являемся сейчас.