Замерев, папа обдумывает мой вопрос. Я могу видеть, как он мысленно вспоминает все хот-доги, которые он пробовал на протяжении лет в каждом штате.

– Тот Гавайский хот-дог был интересным, помнишь, тот, что мы ели на Мауи? И в Нью-Йорке хот-дог с квашеной капустой, от которого я хотел петь дифирамбы всем президентам, но тот Чикагский хот-дог с сельдерейной солью и приправами. Ничто не сравниться с ним, или о памяти про осуществившуюся мечту твоей мамы для нашей семьи. Возможно, это было глупо, есть хот-доги в каждом штате, но это была ее глупая идея. И я всегда любил ее за это.

– Я тоже. Я хорошо провела время, пап. Спасибо что убедился, что мы завершили эту часть своей жизни. Всегда казалось, что чего-то не хватает. Хоть это и было грубоватое прощание, мне стало намного легче, зная, что мы это сделали.

– Согласен, - он целует меня в голову и потом отстраняется.
– Что ты собираешься делать со всеми этими фотографиями? Сделаешь альбом?

– Не знаю. Я могла бы добавить в тот, что был у мамы, закончить его за нее.

– Я думаю, это прекрасная идея, - мы обменялись нежными улыбками, но затем грубо прерываемся от звука, как будто ворона потеряла ногу.

– Какого черта здесь происходит?
– Пол орет через всю палатку, которая расположена в центре нашей лужайки, с урожаем кукурузы на заднем плане. Я упоминала, что все это типичная сельская свадьба?
– Эти скатерти мы будем использовать на свадьбе? – его голос вопит в децибелах, которые услышать только собаки.

Обменявшись взглядами, мы спешим с папой туда, где Пол сходит с ума от огромного пятна на скатерти.

– Мы собирались повторно использовать скатерти для двух событий. Мы не думали, что это будет так важно, - говорит один из их друзей, который помогал Полу в планировании.

– Ты не думал, что это будет так важно?
– Пол кричит, расплескивая пиво повсюду. – У нас будет сельская свадьба с кучкой людей, которые не могут отличить свою задницу от головы. Ты на самом деле думал, что они способны запихнуть сэндвич со свининой в свои широко раскрытые глотки, не разбрасывая еду повсюду? Ты сумасшедший?
– Пол поднимает скатерть и практически падает в обморок на придвинутый стул.
– Посмотри на это! Она вся в пятнах, как будто кто-то насрал на стол.

Оглядываясь вокруг, Пол поднимает и удерживает ткань в воздухе.

– Кто насрал на стол? Я даю вам десять секунд на признание, а затем я начну обнюхивать нижнее белье.

Увидеть, как Пол вдалбливает свой нос в щели гостей, как дворняжка на собачей площадке – очень заманчиво, но я решаю вести себя, как хорошая сестра, и разрядить обстановку.

Осторожно, я подхожу к Полу, хватаю скатерть у него и опускаю ее вниз. Говоря очень спокойным голосом, я говорю:

– Пол, старший братик, никто не гадил на стол. Это всего лишь маленькое пятнышко…

– Маленькое пятнышко? Это маленькое пятнышко размером с мой член, если бы тот покусали больные, облезлые крысы, перенесшие слоновью болезнь и заразив ей мой член. Посмотри на это.

Сохраняя спокойный тон, я отвечаю:

– Да, я вижу. Это точно размером с член слона. Но немного отбеливателя, который поможет нам избавиться от него. Почему бы тебе не взять транквилизатор, отдать мне тряпку и пойти повеселиться с папой и Портером, пока я позабочусь об этом.

Яростное рычание закипает в Поле, и он наклоняет голову, спрашивая:

– Ты сделаешь это для меня? Ты позаботишься об обосранной размером с член слона тряпкой?

– Я сделаю это, - я улыбаюсь, удивляясь, почему его глаза бесконтрольно дергаются.

Как Мисс Америка, выигравшая в первый раз корону, Пол размахивает руками перед своим лицом, пиво все еще зажато между большим и указательным пальцами.

– Ох, думаю, я сейчас расплачусь. После всего, что я сделал тебе в поездке, ты собираешься… погоди секунду.

Прежде чем я могу сказать, что он собирается сделать, он разворачивает меня, наклоняет меня в талии и нюхает мою задницу перед всей семьей, как будто мы две собаки, встретившие друг друга в первый раз. Если бы я не была так унижена, то я бы попыталась дунуть так сильно, чтобы опалить его брови.

– Что ты делаешь? – я визжу, прижимая ткань своей юбки, чтобы никто не увидел трусики Hello Kitty, которые я надела, - конец поездки, выбор невелик.

– Пол, ради любви к Линдону Джонсону, перестань нюхать попу своей сестры, - папа кричит в ужасе.

– Я чувствую запах какашек! Ты насрала на мою скатерть.

Я вижу, как Портер присоединяется к разговору, когда Пол утверждает что моя задница воняет дерьмом. Угу, чувствую себя прекрасно прямо сейчас.

– Я не срала на твою скатерть. Господи, у меня есть дела поважнее, чем ходить вокруг и раскладывать какашки на твой стол и сбегать.