Для архиепископа стало откровением, что эти люди ходят по воде. Он сказал: «Забудьте молитву, которую я вам рассказал. Ваша молитва правильная. Продолжайте молиться. Эту каноническую молитву я читал всю жизнь. Я не могу ходить по воде. Моя молитва не была услышана, но ваша была. Идите. Простите меня за вторжение в вашу жизнь. Все, что вы делаете, правильно. Продолжайте делать, как считаете нужным».

Эти сто двенадцать методов медитации всеобъемлющи. Не может быть сто тринадцатого. Все, что может потребоваться самым разным людям, вошло туда. Они веками передавались из поколения в поколение. Они просты. Ключ во всех этих ста двенадцати методах — свидетельствование: разные виды, разные методы, но сокровенная сущность — свидетельствование, осознанность, бдительность. Вы можете назвать это как угодно, но это будет лишь иным значением свидетельствования.

С помощью свидетельствования вы сможете совершить качественный скачок. Вы можете очнуться ото сна — не обычного, а духовного — и пробудиться. Не обычное пробуждение, которое происходит каждое утро, но настоящее пробуждение, которое приводит к высшему осознанию в жизни — себя, целого, того, что вы его часть; что целое — это вы, и вы — целое. Нет разницы.

Физики назвали это качественным скачком. Ни один мыслитель, философ не пытался найти параллель духовного роста. Это указывает на скудость ваших так называемых духовных мыслителей, теологов. Но, по сути, медитация — это путь, который может привнести внезапную вспышку в ваше существо. И не только: она может положить начало цепной реакции. Вспыхивает один — и вдруг люди того же типа, которые даже не пробовали медитировать, которые даже не ищущие, которые никогда даже и не думали ни о чем духовном, заражаются — это заразно.

Поэтому если несколько человек по всей Земле совершат качественный скачок, то тысячи других станут частью всемирного пламени. Это единственный способ спасти все то, что донесли до нас миллионы лет эволюции.

Вы должны выбрать между Рональдом Рейганом и Гаутамой Буддой. Это не совпадение, что подругой Рональда Рейгана была шимпанзе. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. Когда он стал президентом, шимпанзе тоже очень обрадовалась.

Как-то они пошли на прогулку. Пожилой мужчина увидел Рональда Рейгана вместе с шимпанзе; ему стало стыдно, что президент Америки не может найти друга среди людей, что он вынужден дружить с шимпанзе. Он подошел к ним поближе и сказал:

— Господин президент, это выглядит нехорошо.

— Что выглядит нехорошо? — спросил Рональд Рейган.

— Заткнись, дурак, — ответил пожилой мужчина. — Я разговариваю с президентом. Ты не имеешь права вмешиваться. Может быть, ты и его друг, но точно не мой.

Будущее в опасности, если человек не понимает, что может привести его к быстрой трансформации. У нас нет времени на эволюцию. У нас нет времени даже на революцию. Только качественный скачок может спасти человечество и Вселенную.

Я думаю, что по мере того как сильнее и сильнее будет становиться давление смерти, разрушения, ядерной войны, качественный скачок будет представляться все более и более возможным, потому что это будет единственный шанс избежать всеобщего самоубийства.

Ошо, когда мы начинаем наблюдать за своим телом, затем за своим умом и эмоциями, в этом присутствует, хоть и несущественный, элемент сосредоточенности. С самого начала, например, наблюдая за дыханием, я исключал все остальное — это был элемент концентрации. При других обстоятельствах, когда тишина уже достигнута, дыхание может быть единственным предметом наблюдения. Это кажется правильнее, но все же я чувствую, что более мягкая сосредоточенность осознанности все больше и больше отдаляла бы меня, как если бы появилось достаточно расслабления, чтобы позволить наблюдателю отодвинуться достаточно далеко, чтобы было видно все, а не что-то одно, как, например, мысли или дыхание. Позволяет ли расслабление наблюдателю быть на высоте?

Это так. Релаксация помогает больше всего. В твоей бдительности не должно быть никакой сосредоточенности. Сосредоточенность подрывает весь процесс наблюдательности, потому что сосредоточенность — это акт умственной деятельности, а наблюдательность — это нечто, идущее свыше, из запредельного.

Если есть хоть доля сосредоточенности… Я могу понять: если ты начинаешь наблюдать за своим дыханием — ради наблюдательности ты концентрируешься на дыхании, исключая все остальное. Не исключай. Наблюдай за дыханием, включая все.

Наблюдай за дыханием… в храме звонит колокол, мимо проезжает машина, начинает плакать ребенок — все это должно быть включено. Твоя наблюдательность должна быть открытой. Наблюдение за дыханием — это только начало. Это не конец. Ты учишься, как наблюдать.

Но есть одна сложность — вы можете начать думать, что сосредоточенность — это наблюдение. Сосредоточенность — это не наблюдение. Сосредоточенность ограниченна, это ограниченность ума, когда вы фокусируете ум только на одном, забывая обо всем остальном. Вот почему в расслабленном состоянии вы будете чувствовать большую бдительность, даже без концентрации. Если так происходит — прекрасно.

Важна наблюдательность, включающая все. Сосредоточенность можно нарушить, наблюдательность нарушить нельзя. В этом разница. Если кто-то на чем-то сосредотачивается, любой может помешать ему. Ребенок может что-то совершить — и он отвлекся, и фокус утрачен; или даже не ребенок, а ветер подует и откроется дверь — и этого шума будет достаточно.

Вы можете обнаружить этот симптом у так называемых религиозных людей. Они всегда недовольны, потому что их сосредоточенность постоянно нарушается.