– Потому что мистер Форкл не единственный у кого много имен.

Софи потребовалась секунда, чтобы понять, что он имел в виду... и также кем он мог быть.

Она прищурено посмотрела на Тимкина, пытаясь представить его покрытым с ног до головы белым вьющимся мехом, и спросила:

– Кудряш?

– Да, а теперь пошли.

Тимкин привел их в большое поместье, созданное из серебра и кристаллов, окруженное пышными пастбищами с пасущимися единорогами.

– Вот вы где живете, - сказала Софи, не уверенная, что ее больше удивило... что она была у Стины дома, или что там было так ярко и прекрасно. Она всегда думала, что Хексы жили где-то с почерневшими окнами и полуразрушенными стенами, окруженные горгульями, скалистыми деревьями и стаей рычащих животных.

– Нам нужно заставить его лечь, пока он не побелел еще сильнее, - сказал Тимкин, таща Кифа к дому.

Декс схватил Софи за руку.

– Ты и в правду думаешь, что мы можем ему доверять?

– Он - Кудряш, - напомнила она Дексу, все еще пытаясь принять эту мысль.

– Но это Хексы, - сказал Декс.

– Я знаю. Но... Финтан жив. Невидимки и огры пытаются поработить гномов. Думаю, пора признать, что мир больше не имеет смысла.

Декс не мог с этим поспорить.

Таким образом, они последовали за своим врагом в его дом бледно-голубых и зеленых тонов, как трава и небо. Мебель была плюшевой, а на кристаллических стенах красовались семейные портреты. Поместье не было столь же огромным как Эверглен, или столь же древним как Хевенфилд, но оно было самым домашним, из всех домов в Затерянных Городах, в которых была Софи.

– У тебя есть Импартер?
– спросил Тимкин, когда устроил Кифа на диване.

Софи покачала головой.

– Я оставила его в Аллюветерре.

– Отлично, подождите здесь, - сказал им Тимкин, - и ничего не трогайте.

Софи опустилась на колени рядом с Кифом и попыталась заставить его посмотреть на нее.

– Все будет хорошо, - сказала она, беря его за липкую руку.

Киф не моргал.

– От этого места у меня мурашки, - сказал Декс, изучая огромный портрет Стины на стене.
– Ничто в этом не имеет смысла.

– Это ты не имеешь смысла, - произнес гнусавый голос позади них.

Софи поежилась и один раз вздохнула, прежде чем повернулась к Стине лицом... и обнаружила забавный бонус неловкого момента, как вишенку на торте.

Марелла смотрела куда угодно, но только не на Софи, когда она сказала:

– Что с Кифом?

– Я не знаю, - призналась Софи.

У Кифа, казалось, не болела голова... это был хороший знак. Когда разум Олдена сломался, он хватался за голову и кричал от боли.

Но от вины страдают по-разному.

– Скоро здесь будет Элвин, - сказал Тимкин, входя в комнату и неся одеяло. Он застыл, когда заметил свою дочь.
– Где твоя мать?

– Она осталась, чтобы удостовериться, что никто не заметил, как ты их забираешь.

– Мудрое решение.
– Тимкин укрыл Кифа одеялом и приложил ладонь к его лбу, чтобы проверить температуру.
– Хотел бы я, чтобы ты осталась с ней. Я не хочу во все это тебя вмешивать...

– Почему нет?
– спросила Стина.
– Если она может быть частью...

– В отличие от других в Черном Лебеде, - перебил Тимкин, - я не хочу подвергать опасности детей. Особенно моего ребенка.

Софи видела Стину много раз и ожидала, что сейчас последует истерика с воплями. Но через секунду, Стина отбросила волосы и направилась вверх по лестнице.

Марелла повернулась, что последовать за Стиной, и Софи побежала за ней, чтобы не дать своей бывшей подруге просто уйти.

– Прости за все, что я наговорила прежде, чем ушла, - пробормотала она.

Марелла нахмурилась.

– Ха. А я-то подумала, что ты будешь извиняться за то, что ушла без меня.

– Я...
– Софи не знала, как прервать повисшую тишину. Она никогда не понимала, что Марелла хотела пойти с ней к Черному Лебедю. И... по правде говоря, она даже не думала о том, чтобы взять ее с собой.

Ей нравилась Марелла... так и было, но она не настолько хорошо ее знала.

Таким образом, она позволила Марелла уйти за Стиной наверх, надеясь, что Стина будет ей лучшей подругой, чем была она.

– Ей так лучше, - сказал Тимкин, вторя ее мыслям.