Айрон открыл рот, но так ничего и не сказал. Он лишь поджал губы, а в его глазах промелькнула какая-то эмоция, распознать которую Дон не смогла.

– Ты не можешь владеть мной так, как я владею тобой.

Закрыв глаза, Дон позволила себе расслабиться и навалилась на Айрона, не сомневаясь, что огромный киборг сможет ее удержать.

– Это мы еще посмотрим.

Он отпустил Дон, вышел из ее тела и встал с кровати.

– Ты куда?

– Я пошел спать в свою каюту, – Айрон схватил брюки и впился взглядом в Дон.

Начиная злиться, она встала с кровати. А еще ей было больно.

 – Значит, так вот все будет, да? Ты спишь в другом месте, держишь меня взаперти, чтобы я умирала со скуки, пока ты не соблаговолишь накормить меня или трахнуть?

– Я принесу какое-нибудь развлечение. Не хочу, чтобы тебе было скучно или ты стала раздражительной из-за болезни открытого космоса.

– Мило, – Дон была в гневе. – То есть даже не споришь, что так оно и будет? Это ты хочешь сказать?

Киборг смотрел на нее и все, что хоть как-то выдавало его эмоции – это мрачный взгляд. Айрон медленно одевался, скрывая мускулистое тело под своей обычной черной униформой, сшитой из матовой кожи.

– А есть проблемы?

– Да, есть проблемы, – Дон быстро подошла к нему, игнорируя свою наготу, поскольку Айрон уже итак все видел, и прикрываться не было смысла. – Я не какая-то космическая проститутка, поэтому не смей так ко мне относиться. Я лучше забочусь о своем голографическом питомце, чем ты обо мне.

– Голографический питомец? Что это?

Она замялась.

– На Вондер у меня не могло быть настоящего домашнего животного, поэтому я завела голографического любимца. Собаку, которую назвала Шкипером. Знаю, что он – всего лишь голограмма, но я провожу с ним время и разговариваю с ним, хоть он и ненастоящий, – она помолчала. – В отличие от меня.

– Чего ты хочешь?

– Ну, это риторический вопрос. Было бы неплохо оказаться на свободе, но я знаю, что этому не бывать. Для начала ты можешь вернуть свой зад на эту кровать и спать со мной.

Айрон поджал губы и глубоко вздохнул.

– Нет.

– Нет? Со мной можно трахаться, но нельзя жить? Ты согласен сближаться физически, но не позволишь мне спать рядом с тобой?

– Именно.

Вскинув руки, Дон толкнула Айрона в грудь, и от неожиданности он споткнулся. Она развернулась и отошла на несколько футов, чтобы оказаться подальше, прежде чем снова повернулась к нему лицом.

– Прекрасно. Хочешь поиграть по новым правилам? В таком случае это был последний проклятый раз, когда ты, приятель, меня трахнул. Ты ко мне не прикоснешься, пока не передумаешь и не начнешь относиться с некоторым уважением, а не как к куску тела.

– Ты согласилась стать моим рабом, – Айрон скрестил руки на груди.

– Рабом – да. Проституткой? Нет. Люди живут со своими животными, позволяют им спать в своих кроватях, проводят с ними время и разговаривают с ними. А я заслуживаю большего, чем домашний любимчик, – подбежав к двери, Дон заблокировала выход из комнаты и, раскинув руки, вцепилась в косяки. – Ты не уйдешь, пока мы во всем не разберемся. Я отказываюсь сидеть здесь и кипеть до утра.

– Ты не можешь выдвигать требования. Ты – раб.

– Тогда будь хорошим рабовладельцем, – парировала она, – чтобы мне не пришлось требовать элементарных жизненно важных вещей. Ты даже связь отключил. А что, если я заболею или мне будет нужна помощь? Черт возьми, я не смогу до тебя добраться.

– Я активирую систему коммуникаций, но связаться ты сможешь только со мной, – нахмурился Айрон. – Это справедливое требование.

– Из той же категории просьба жить со мной, чтобы я не торчала здесь одна все проклятое время.

– Я тебе не доверяю.

От этого признания часть ее гнева исчезла.

– Хоть я и угрожаю, но на самом деле не собираюсь тебя убивать. Я не глупая и могу предположить, что если ты умрешь, то меня отдадут в собственность другому киборгу, – Дон немного помолчала. – А это не находится в списке моих пожеланий, ясно? Кроме того, мы заключили сделку относительно Кэти. Пока ты жив, наше соглашение остается в силе, и я могу быть уверена, что тот козел с черными волосами о ней заботится.

– Воллас не козел.

– Лучше бы ему им не быть. Кэти молода и уязвима. Я хочу в ближайшее время поговорить с ней и убедиться, что она в порядке.