— Магистр, — Виктор склонил голову, потом посмотрел на Валерию. — Как быть с непосвященной?

У Леры возникло нехорошее предчувствие.

Магистр взглянул на юношу, поднял руку в останавливающем жесте, и произнес.

— Это лишнее. Оставьте нас.

— Но… непосвященный не должен знать… — Виктор настойчиво посмотрел на Магистра.

— Desine [37] ! Arte et humanitate [38] . Или ты забыл наши правила? Эта девочка никому не расскажет, — Магистр сурово посмотрел на Виктора.

— Etiam innocentes cogit mentiri dolor [39] , - сказал Виктор с напором. Два змеиных взгляда встретились. Но победил более опытный соперник.

— Вы можете идти, — в голосе Магистра прозвучала угроза.

Виктор попятился, бросил на Валерию неприязненный взгляд, и собрался выйти.

В этот момент скрипнула дверь. Тихо, словно кто-то приоткрыл ее, а теперь, по неосторожности, задел. В коридоре послышались торопливые шаги, и Виктор выбежал в коридор.

— Кто-то подслушивал! — послышался его встревоженный голос.

Сузив глаза, Магистр посмотрел на дверь.

— Вот теперь делайте, что должно, — приказал он.

Виктор поклонился и скрылся за дверью, а Магистр вышел из-за стола, и подошел к Валерии. Он оказался невысоким, на пол пальца ниже нее.

— Вы должны поклясться, что сохраните тайну. Мы благодарны вам за информацию. Однако, непосвященные не должны знать о футарке.

Он прошелся вдоль стола, заложив руки за спину. Остановился под самым экраном и добавил.

— Но знать часть правды куда опаснее, чем всю ее. Можно сделать неверные выводы, и правда будет хуже лжи. Поэтому, я расскажу вам кое-что. Посмотрите сюда.

Он медленно поднял руку, указывая на экран. Валерия уже давно рассмотрела фотографию. На ней было изображено старинное здание — крепость, замок, может быть, храм. Оно выглядело полуразрушенным и заброшенным много веков назад. Уцелела всего одна башня.

— Это только одно из многих величественных сооружений, возведенных рыцарями храма. После падения ордена многие крепости и святыни были разрушены и разграблены варварами. Последнего великого магистра ордена, Жака де Моле, сожгли на костре в тысяча триста четырнадцатом году. Но, как вы понимаете, последним он был лишь номинально. Перед смертью Великий Магистр успел назначить преемника. Уцелевшие тамплиеры объединились, но превратились в легенду. Конечно, они уже не имели того могущества, богатства и влияния, но продолжали передавать свои знания и традиции молодым братьям. И так много веков подряд, до наших дней. Я — пятьдесят четвертый Магистр, Жак Дессанж.

При этих словах он благоговейно закрыл глаза.

— Пятьдесят четвертый? — Лера взглянула на него с удивлением. — Мне кажется, за семьсот с лишним лет должно было смениться никак не меньше семидесяти Магистров. Ведь за первые двести лет их было двадцать три…

— Вы одаренный человек, — с едва заметным уважением сказал Магистр. — Да, это верно. Но время неумолимо даже к легендам. В истории было несколько тяжелых периодов, когда орден практически прекращал свое существование. Магистров не было, братья оказывались разрозненными, превращались в обычных обывателей. Это происходило во время великих войн — начиная от монгольских завоеваний Европы и Азии, и заканчивая второй мировой войной. Но даже в темные времена оставались преданные ордену люди, которые хранили знания братства и главный секрет, который ныне волнует многие умы.

Магистр немного передохнул и продолжил.

— Конечно же, — в голосе прозвучало разочарование. — Сейчас орден не тот. Время беспощадно обтесало нас, как вода точит камни. Так называемые неотамплиеры — лишь жалкое подобие тех, кто некогда основал орден. В наше время все обмельчало. Мы лишь хранители знаний и духовных ценностей наших предков. И главная обязанность Магистра — это сохранение тайны наших сокровищ.

На этот раз Лера действительно удивилась.

— Так сокровища тамплиеров существуют?

— Вот мы и подошли к самому главному, — Жак Дессанж пристально посмотрел на Валерию. — К назначению футарка. Ты уже видела камни?

Лера покачала головой.

— Что ж, это хорошо… Их было шесть — шесть камней, указывающих на спрятанные сокровища. Камни передавались от Магистра к Магистру; в темные времена верные ордену братья хранили их. Но во время второй мировой войны три камня были утеряны. А когда орден вновь возродился, и возникли неотамплиеры, три оставшиеся камня передали моему деду.

— Получается, символы на камнях указывают путь к сокровищу?

— Да. Символы — это путь. Сами камни — ключ. Нам неизвестно, где и как именно спрятано сокровище. Это и не имеет значения. Мы знаем, что путь к нему сокрыт, и чтобы открыть его, нужны камни. Можно сделать точную копию, которую не отличить на глаз. Можно переписать и расшифровать символы. Но невозможно с точностью до трещинки воссоздать форму камней. Они гладкие, и, казалось бы, одинаковые. Но отличие от оригинала в сотую долю миллиметра уже делает камни бесполезными.