— Здравствуй, Леся, — прозвучал голос маленького мальчика.

— Я не… — Лера хотела объяснить, что произошло, но почему-то замешкалась. Из-за плохой слышимости она не сразу поняла — голос принадлежит маленькому мальчику. Сначала он показался ей знакомым, а имя…

— Леся, ты что, меня не узнала? Эх ты, Лера-леся куралеся.

— Вы… ты, наверное, звонишь своей бабушке? — Лера взяла себя в руки, стараясь стряхнуть наваждение. В трубке шипело и скрежетало — видимо, динамик не выдержал удара о землю, когда женщина упала.

Нет, это не может быть тот, о ком она подумала. Это точно звонит внук погибшей…

— Нет, Леся. Я звоню тебе. Я соскучился и хочу поиграть. Ты ведь любишь игры?

— Что?

Валерия едва не выронила телефон из рук, но в последний момент стиснула его так, что старый сотовый затрещал.

— Нет… — прошептала она. — Нет, — повторила твердо, и в третий раз почти крикнула. — Нет, это не можешь быть ты! Чья бы это ни была шутка, она очень и очень неудачна. И если я узнаю…

— Леся, кто может знать о твоей тайне? Глупая, я думал, ты соскучилась, — говорил мальчик совершенно спокойно. Лера прислушалась и заметила, что звук голоса напоминает магнитофонную запись — старую, с шипящим фоном. Это шипение накладывалось на шуршание трубки, и разобрать слова порой было очень сложно. Но это явно была не запись — мальчик отвечал на вопросы и говорил совершенно осознанно.

Но еще Лера знала одно — даже если это он, тот о ком она подумала… он давно уже должен быть юношей. Последний раз она видела этого мальчика, когда ему исполнилось девять лет. Это было больше десяти лет назад.

— Я тоже думала, что не знает никто, — ледяным голосом ответила девушка. — Но ошиблась. Что тебе надо?

— Глупая, глупая Леся. Я же сказал, что хочу с тобой поиграть. Ты ведь не откажешь младшему братишке, верно?

Лера стиснула зубы и промолчала. Ее вдруг осенило — если телефон зазвонил вовремя, значит, тот, кто звонит, видит ее. Она осторожно повернула голову, вглядываясь за деревья.

— Не старайся, меня там нет, — неожиданно сказал мальчик. Сказал так убедительно, что Лера поверила. Но она настолько оторопела от происходящего, что не могла сосредоточиться и придумать хоть какое-то объяснение для самой себя. Чтобы не казаться себе сумасшедшей.

Краем глаза она заметила Дашу, которая тоже говорила по телефону — журналистка собиралась связаться с редактором, чтобы сообщить и «застолбить» свежую новость.

— Молодец. А теперь слушай. Я буду загадывать загадки, а ты — искать ответы. У тебя ведь хорошо получается искать?

— Помнится еще недавно ты хотел меня убить, — холодно ответила Валерия.

По ту сторону волны послышался смех.

— И ты предпочтешь этот вариант? Я передумал, и нашел тебе лучшее применение. От мертвой Валерии Рижской мне мало прока. Однако, выбор за тобой.

— Я не собираюсь с тобой «играть», — отрезала Лера. — Что бы ты там не подразумевал.

Ее взгляд упал на дерево, к которому был привязан Арчи. Пес сидел спокойно, но пристально смотрел в одну сторону.

— О нет, собираешься, — вновь рассмеялся мальчик. — Ты не веришь, что это я. А зря. Но ты в любом случае ужасно захочешь найти того, кто смог узнать твою тайну. Ведь кто бы это ни был, откуда ему знать как звучит мой голос, голос твоего брата? А ведь ты не станешь отрицать, что узнала его? И имя. Вспомни, только я называл тебя так, Леся.

— Нет, — убитым голосом произнесла Лера. Негодяй рассчитал все идеально. Но больше всего это похоже на умопомешательство, потому что не мог — ну не мог никто так точно воспроизвести этот голос. Куда проще загримировать внешность, найти похожего мальчика и подослать на улице. Но подделать голос с такой точностью почти невозможно.

Почти.

Лера всегда придерживалась мнения, что возможно все. Стоит только построить правильную цепь. А значит, должно быть логическое объяснение, должно!

«Но его нет», — с каким-то обреченным равнодушием подумала Лера. Нет этого гребаного объяснения.

— Первое правило — не задавать лишних вопросов, — голос в сотовом прервал тишину. — Второе — сохранять тайну. Третье — следовать моим указаниям. Четвертое — не пытаться найти больше, чем требуется по условиям игры. И пятое — если ты нарушишь хоть одно правило, я тебя убью.

Лера даже не вздрогнула. Не испугалась — потому что пугаться можно чего-то реального. А это происходило не с ней. С какой-то другой Валерией, с той, которая сегодня утром видела тело своей мертвой подруги, сошедшего с ума Антона, которой угрожали смертью и которая сейчас стояла над трупом и по чужому телефону разговаривала с призраком.

— Мои условия на этот раз просты, — продолжил мальчик. — Опереди убийцу. У тебя три дня. И не забывай, тебе ничего не грозит, пока ты в игре. До встречи.

— Подожди! — крикнула Лера и рванулась вперед, словно могла ухватить собеседника за рукав. — Что это за убийца, кого он должен убить?

— Подсказка наверху, — последовал ответ. — Только не забудь избавиться от нее, это тоже входит в условия.

Короткие гудки оборвали разговор, и Лера медленно опустила руку. Тон, которым мальчик произнес последнюю фразу, ей совсем не понравился. Насмешливый, не предвещающий ничего хорошего.