–  А там и не надо уметь ее пользовать, - ядовито ответил майор, - там для особо умных на самой же шашке все и написано. Нужно только четко следовать инструкции. Давай, доктор, давай! Хватит там тебе спать у себя в медпункте, надо и за работу приниматься когда-то.

Шурик, как обычно, заскочил к Петренко перед ужином. Петренко был мрачен.

–  Саня, ты что это?
– участливо спросил пригорюнившегося доктора Шурик, - обидел тебя, что ли кто-то, такого-то большого?

–  Ты представляешь?
– без подготовки начал доктор, - Он мне говорит:

"Доктор, трави мух. Тебя этому учили в институте".

–  Кто говорит?

–  Да майор Прокопенко. Нет, ты подумай - я учился, учился, родители за меня переживали… А теперь получается, шо меня там учили травить мух!

–  Ну-у, Сань, ты и расстроился из-за ничего, - беззаботно ободрил его Шурик, - Сам знаешь - Прокопенко дурак. И его можно и нужно понять. Он же всю жизнь в армии. Откуда ему знать, что тебя в институте учили травить вовсе не мух…

Петренко с презрением посмотрел на Шурика и передернул плечами:

–  Я уже говорил тебе, что есть в тебе какая-то жестокость…

Шурик расхохотался:

–  Прости Саня, сам знаешь, я не хотел тебя обидеть. А то, что я веду себя иногда по-дурацки - так мы же в армии, Шура. В армии дурость - норма жизни.

Петренко усмехнулся и вновь посерьезнел.

–  Как я буду их травить?

–  Лучше всего травить отравой, - заключил Шурик, - Надо ловить мух, и заставлять их глотать отраву.

–  Да иди ты… Мне не смешно. Вообще, у меня есть шашки. Дымовые. Но они разные. Две вот - маленькие, очень старые. И одна большая. Новая.

Тут только Шурик обратил внимание, что у дверей в кабинете доктора стоит здоровая, похожая на банку с краской, дымовая шашка. А в руках доктор вертит еще две маленькие дымовые шашки, которые Шурик поначалу принял за батарейки к фонарику.

–  И какую же шашку ты запалишь?

–  Не знаю еще, - вздохнул Петренко, - Пошли, вон же, строятся все на ужин.

А мне ведь раньше нужно идти, пробу снимать.

После ужина и вечерней поверки все улеглись спать, так как дежуривший в ту ночь майор Прокопенко телевизор смотреть не разрешил.

Шурик лежал в своей койке, и уже стал засыпать, как вдруг понял, что сон его вдруг куда-то улетучился. Остальные в казарме, оказывается, тоже не спали, и переговаривались вполголоса. На фоне всего этого гудения вдруг раздался громкий и ясный голос Макса:

–  Слышь, братва, чем-то воняет?!

–  Точно, - откликнулся из угла казармы другой голос, - Воняет, и сильно воняет.

–  Да что там "воняет", - вставил кто-то из "молодых" со второго яруса, - Тут, на втором ярусе, дышать невозможно и просто глаза ест.

–  Дневальный!
– заорали сразу несколько голосов, - включи свет!

Появившийся дневальный включил свет, и всем открылась следующая картина:

Под потолком казармы висело коричневое и непрозрачное облако дыма, который неспешно струился из вентиляционных решеток и скапливался наверху.

–  Пожар!
– не вставая с постели крикнул Макс, - Дневальный, ты бы сходил, узнал, где что горит.

Все как-то разом заговорили. Кто-то стал подниматься и одеваться, кто-то пошел узнавать в чем дело, просто в трусах и майке.

–  Дожили, - наводил панику лежащий в постели Макс, - сожгли, к чертям, такую хорошую казарму. Теперь мы будем жить в палатках.

Перспектива сгореть в казарме показалась Шурику не привлекательной. Он натянул одежонку и пошлепал на первый этаж, ближе к улице.

Спустившись по лестнице, он услышал вопли и мат, доносившиеся из столовой. Шурик с любопытством подошел поближе, и увидел, что из столовой вырываются клубы дыма, но ни пламени, ни искр не было видно, как не было слышно и гула огня. Возле дверей в столовую уже стояли пятеро - шестеро солдат, с интересом наблюдавшими за происходящими там событиями.

В столовой не было видно ничего. Только дым - от пола до потолка. И в этом дыму метались несколько фигур. Шурик услышал:

–  Мать твою так, Петренко! Какого же хрена ты запалил большую шашку?! У тебя ж маленьких было полным - полно!

–  Не полным - полно, а две штуки. И потом, они вовсе не горели. Я попробовал большую, а она как задымит…

–  Так гаси ж ее, душу твою… Задохнутся же все!

–  Так, товарищ майор, она же круглая…

–  Ну и какого же хрена, что круглая?!

–  Так вы же сами пнули ее в дыму, товарищ майор, вот она и укатилась…