Десятая глава

Прощались романтично, у калитки, хотя обе девушки и поторапливали своих провожатых, с опаской поглядывая на темнеющие тени, которые с бесшумной вкрадчивостью увеличивались, стоило только моргнуть глазом. Закрыв калитку и отворачиваясь от неё, Сашка услышала, как Доран говорит эльфу:

– Ладно, пойдём. Хоть и идти-то нам вместе недолго.

Хм. Травник имеет в виду, что живут они в разных сторонах от университета?

А уже топая следом за Кэйтрией, она улыбнулась: не в эти ли минуты Доран собирается с помощью летучей мыши ставить на Эйлилла отслеживающую метку? Вот только смысл, если по вечерним улицам следить за эльфом смертельно опасно? И тут же встревожилась: они-то с Кэйтрией сейчас будут в безопасности, а парни? Успеют ли они добраться ли до крепких стен? Не наткнуться ли по дороге на цвергов? Вон как пустынно на улицах... И помощи не дозовёшься...

И забыла о парнях, чуть не наткнувшись на Кэйтрию. Та остановилась и удивлённо помаргивала на уходящих, которые уже почти скрылись на улице, выглядевшей по-вечернему уютно и мирно. Если не вспоминать об опасности. Потом взглянула на Сашку, теребя завившийся от сырости светлый локон.

– Я... не сплю? Он меня проводил? Он пил со мной кофе?

– И лопал пирожные, – преувеличенно мрачно напомнила Сашка. И не выдержала – рассмеялась. – Давай-ка пойдём домой. Завтра своим Эйлиллом налюбуешься. А уж как он тобой любоваться будет, если ты здорово подготовишься к очередному практикуму!

– Шутишь, – вздохнула девушка-эльф, мечтательно улыбаясь. – Алекс... Я так счастлива, что ты появилась в моей жизни!

"Ну, я бы так не сказала о тебе, – подумала Сашка, за локоток разворачивая Кэйтрию к флигелю. И озадачилась: – Или сказала бы?"

Но за крепкими решётками ограды вокруг поместья расслабиться не удалось. Инстинктивно сжались пальцы на локте девушки-эльфа, останавливая её в нескольких метрах от флигеля.

– Ты что? Больно! – удивилась та.

– Тихо! Не видишь?

Теперь замерли обе, всматриваясь в тонкую горизонтальную полоску над ставнями закрытого окна. Она светлела. Хоть и не должна бы...

– Может, слуги пришли принести что-то из мебели? – шёпотом предположила Кэйтрия, прижимая к себе, словно щит, сумку с учебниками и тетрадями.

– Иди за мной, – шёпотом же велела Сашка и сунула свободную руку в карман, вдевая пальцы в лежащий там кастет. Больше всего хотелось сказать Кэйтрии, чтобы она оставалась на улице, пока идёт проверка, кто внутри флигеля. Но страшно оставлять её и на улице, одну, без догляда. Так что лучше уж пусть за спиной шагает.

Они зашли за угол флигеля. Дверь оказалась полуоткрыта, из неё падал на землю, серую, щетинистую от пожухлой осенней травы, кривой прямоугольник тусклого света.

Прислушавшись к негромким голосам, Кэйтрия выдохнула и улыбнулась:

– Ой... Там тётя!

– А, тогда пошли, – пробурчала Сашка, с плеч которой словно и впрямь давящий груз свалился. Тётя – не цверги и не чёрные шаманы. Поговорили – и разошлись.

Увы, всё оказалось не так просто. То есть совсем не просто.

Сашка пропустила Кэйтрию вперёд и закрыла за собой дверь.

Девушка-эльф не сделала по коридору и пары шагов, как чуть не споткнулась.

– Ты что? – шёпотом удивилась Сашка и обошла её, чтобы посмотреть, что заставило подопечную замереть на месте.

Дверь в их комнату была распахнула настежь. Сторожевой магический пёс еле виднелся в воздухе коридора и смотрел на хозяйку, виновато поджав хвост.

– Не понял, – пробормотала изумлённая Сашка. – Утром же у нас всё получилось?

Кэйтрия выпрямила до невозможности спину – чуть не животом вперёд – и перешагнула порог. Сашка за ней. Быстро оглядела помещение.

Тётя стояла между двумя здоровыми мужиками в одинаковой одежде – охрана здешняя? Чуть поодаль от них сутулился дворецкий Синан – тоже под охраной двоих здоровых, а вот ещё дальше, у Сашкиной кушетки, стояла та самая вальяжная кастелянша. Заметив вошедших, она оборвала причитания и уставилась на них. Пока ещё только удивлённая, Сашка разглядела вспухшие, будто от долгого плача, веки этой дородной "дамы" и сообразила: именно кастелянша пыталась прорваться в комнату Кэйтрии.

– Добрый вечер, тётя. Что случилось? – робко спросила Кэйтрия.

Сашка, чуть не открыв рот, смотрела на женщину потрясающей красоты. Когда та приходила вместе с дворецким к ней, раненой, Сашка помнила, что она невероятно красива. Но сейчас, на свежую голову... Тётя Кэйтрии и в самом деле была прекрасна. Любому художнику было бы лестно и желанно работать с такой моделью. Поразительная фигура в платье, которое подходит только королеве – то бишь тёте. Лицо, тонкое и глазастое, заставляло любоваться им как творением гениального мастера.

Тётя грациозно шагнула от своих охранников. И Сашка сморщилась от резкого голоса, жалея, что нельзя заткнуть уши, пока она говорит.