К счастью сразу по завершению столь грандиозной миссии меня ждал вкуснейший ужин производства Акаме. С преобладанием мясных продуктов различных, опасных животинок, после которого я попал в лапки Львенка, где окончательно впал в благодушие, и нирвану.

— Умм. Чуть ниже… Хорошо… Львенок, а где ты научилась делать массаж? — Спросил я, лежа на животе и блаженствуя от прикосновений сильных и умелых пальчиков подруги.

— В массажном салоне, конечно. — Призналась она, продолжая ласкать своими прикосновениями. — Я работала там еще до того, как ко мне попал тейгу, да и сейчас он является моим прикрытием в городе.

— Массажный салон это хорошо, надеюсь, ты занималась только массажем? — Подколол я.

В ответ подкололи меня, нежные ручки вдруг превратились в мягкие, но когтистые лапки, крепко стиснувшие мою пятую точку.

— А ты во мне сомневаешься. — Промурлыкала мне на ухо склонившаяся девушка, опираясь на спину восхитительными и очень горячими полушариями.

— Зачем мне в тебе сомневаться, я просто решаю, насколько медленно будут умирать твои клиенты, или ты думаешь, я стану с кем-то делиться таким сокровищем? — Ответил я, развернувшись на спину, и обнимая навалившуюся на меня красавицу.

Разговор мгновенно прервался, сменившись шуршанием еще не снятой, по недосмотру одеждой, звуками поцелуев и довольным урчанием.

— Кей, а у тебя были другие девушки? — Неожиданно задала вопрос Лео.

— А ты во мне сомневаешься. — Ответил я ее же монетой, приникнув к манящим губкам партнерши.

— В том-то и дело, что нет. — С некоторой грустью заметила Львенок, когда поцелуй прервался.

— Лео. На тебя моего внимания хватит всегда. — Тактично ушел я от всевозможных обещаний и, перевернув девушку на спину, стал куда активнее покрывать ее шейку и грудь поцелуями, чтоб и мысли о новых, не очень нужных вопросах не возникло.

Тело моего Львенка и без того обладало идеальными пропорциями, а благодаря поясу, являющемуся в данный момент единственным предметом одежды, становилось еще совершеннее, тонкая, гладкая шейка, широкие плечики, задорно смотрящие в потолок набухшими бусинами сосков холмики груди. Животик, расчерченный квадратиками пресса, тонкая талия и широкие бедра с такой мягкой и нежной попкой. А еще завидная неутомимость и неукротимый темперамент. Из минусов, желание на пике удовольствия порвать своего партнера на лоскуты, к счастью в последнее время практически контролируемое, и хоть я еще ни дня не провел с зажившей спиной, если не считать похода с Акаме, но теперь она просто царапает, не оставляя действительно опасных ран. И эти царапинки, небольшая порция боли и ласк, подушечками ее измененных пальцев только придают пикантности.

Вот и сейчас, закончив покрывать поцелуями, тело партнерши, сверху вниз, я проложил обратную дорожку. Слившись с ожидающими этого чуть приоткрытыми губами, мягко вошел во влажное, горячее лоно, обжавшее меня со всех сторон. И вслед за ним, ножки девушки скрестились у меня на талии, требуя войти на всю глубину, а руки оплели мою шею.

Легкие ритмичные толчки все ускорялись, переходя в неистовое желание, обладать друг другом и стать одним целым, волна страсти затопила нас с головой и вскоре, мы огласили нашу спальню синхронным торжествующим стоном-ревом.

Минут через двадцать, мы несколько отошли от накрывшего нас удовольствия, развалившись на животе, я наслаждался остреньким язычком, слизывающим у меня со спины кровь и врачующим раны. Красота. Ради такого можно и легкие царапные наклонности простить, и даже самому себя поцарапать, уммм…

— Львенок, ты выросла в столице. — Решил я продолжить разговор.

— Мням, ага. Я росла в трущобах, одна, и это было очень не просто, — призналась девушка.

— Удивительно и как у тебя при таком детстве сохранилось желание помогать окружающим и воевать за революционную армию.

— Ничего удивительного, видя каждый день, как жируют стражники и всякие богатеи, остается только одно желание добиться справедливости. Доказать что мы тоже люди и с нами надо считаться! — Экспрессивно воскликнула девушка. — И благодаря ночному рейду это стало возможно! Мррр. — муркнула она и принялась еще интенсивнее меня вылизывать.

После более подробного рассказа о детстве подруги я вздохнул с облегчением.

Хоть мотивация Львенка радует, пусть она и твердит о справедливости, на самом деле это у нее наложение агитации революционеров на ее собственное желание стать выше всей этой толпы и делать все, что ей самой захочется. А с такими идеями она пойдет за мной без особых хлопот, именно за мной, а не ночным рейдом или всякими там революционерами. Причем уже сейчас я могу быть уверен, что если ей прикажут избавиться от меня она как минимум плюнет в морду такому командиру. А вскоре, думаю я, чуть исправлю ее мировоззрение и открою глаза на бессмысленность борьбы бобра с ослом, и тогда приказавший ей меня убить сам рискует получить коготки в горло.

Я хоть еще и не определился, что я хочу добиться в этом мире, но я привык доверять своим девушкам, и обеспечивать их верность только мне, а не кому-то там. Да и революционеры мне не особо нравятся.

— А в ночной рейд я попала, после того, как убила парочку зарвавшихся стражников. Я тогда, совсем недавно нашла свое тейгу, а они пришли требовать деньги от Джона, за охрану, это владелец массажного салона, в котором я работаю. Мррр. Тебе не больно котик? — Отвлеклась она от рассказа.

— Благодаря твоим усилиям, мне только приятно…