Моментально отскочив от него, я оглянулась, ища, чем бы тяжёлым запустить в своего мучителя, но как назло, ничего, что бы я могла бросить в парня, не нашлось. А он, проследив мой взгляд, с издёвкой сказал:

– Не волнуйся, ножи, вилки и всю тяжёлую посуду я спрятал, чтобы тебе потом не пришлось сидеть за моё убийство…

– Я тебя зубами загрызу!
– пообещала я.

– Не сомневаюсь!
– рявкнул он.
– Но для начала ты мне объяснишь, чем думала, когда затеяла эту аферу с фильмом? Ты хоть понимаешь, что с тобой мог сделать этот садист? Он мог вырваться, и избить тебя за те фокусы, что ты проделывала! Мог изнасиловать! Мог вообще искалечить!
– последние слова Арсений уже начал выкрикивать.
– И я даже боюсь думать, что случилось бы, слей ты этот фильм в интернет! Ты хоть понимаешь, что могла навсегда распрощаться с жизнью! За такие унижения заставляют кровью платить!

– Не твоё дело! Это моя жизнь, и я буду поступать так, как считаю нужным! Оставь свои нотации при себе!
– в ответ закричала я.

– Моё! И впредь ты будешь советоваться с более старшими и умными людьми, прежде чем выкидывать вот такие номера…

– Это ты старший и умный?
– презрительно спросила я.

– Да! Я!
– Арсений ещё больше вышел из себя.
– Если по скудности ума, а вернее по детскому ослиному упрямству, ты и дальше будешь так себя вести - порку тебе устрою, да такую, что месяц сидеть не сможешь!

– Счас! Попробуй только пальцем ко мне притронуться, и я такое тебе устрою, что из города уберёшься!
– угрожающе сказала я.

– Да неужели?
– он прищурился и двинулся ко мне.
– А давай попробуем!

– Не подходи, - крикнула я и загнанно осмотрелась, не зная, как сбежать.

Квартира находилась на четвёртом этаже, и прыжок в окно исключался, а проскочить мимо Арсения не представлялось возможным. “Но и другого выхода нет. Значит - нужно прорываться. Парень зол и мало ли что может сделать”, - пронеслось в голове, и глубоко вздохнув, я ринулась на него.

Однако попытка побега была пресечена на корню. Я только выставила руки, чтобы оттолкнуть Арсения и выскочить в коридор, но уже через секунду оказалась в кольце сильных рук, и мне стало нечем дышать от его хватки.

– Я притронулся к тебе не только пальцем. Ну, что делать будешь, мелюзга?
– издевательски спросил он.

– Гад! Отпусти!
– пропищала я, дёргаясь и пытаясь высвободиться.
– Сейчас укушу!

Но просьбы и угрозы на него никак не действовали, а кусать его было жалко. Крепко держа, он молчал, не выпуская меня, и через пару минут я начала выдыхаться.

– Готова поговорить, или и дальше планируешь буянить?
– сухо спросил он, когда я стала пыхтеть уже, как паровоз.

– Не о чём нам говорить! Ты мне никто, чтобы воспитывать!

– Насчёт - никто, это дело поправимое, - ответил Арсений и неожиданно улыбнулся.
– Про это я тоже очень хочу сегодня поговорить.

– Мне плевать, что ты там хочешь! И я ничего не желаю поправлять! Мне и так хорошо живётся! Отпусти!

– Дурёха моя упрямая, - нежно сказал он, и я замерла, впервые услышав от него такие интонации.
– Не отпущу. И не позволю больше делать глупости. Ты не представляешь, как я испугался за тебя, увидев видео… На месте твоего отца, вот честно, так бы отходил ремнём, что камер боялась бы всю оставшуюся жизнь.

Если тон и первые слова пустили по моему телу ток, и внутри разлилось тепло, то последние слова снова разозлили, и я зашипела:

– Да иди ты! Ты не мой отец!

– И это очень радует, - со смешком ответил он.
– Я испытываю к тебе далеко не отцовские чувства.

Прекрасно понимая к чему он ведёт речь, я сжалась, больше всего боясь как раз именно этого, а не гнева. “Ох, только не это! Умоляю! Не надо мне этих телячьих нежностей! Не хочу!” - подумала я и с удвоенной силой принялась вырываться.

– Засунь себе эти чувства… подальше и поглубже, - выкрикнула я.
– Меня они не интересуют!

– Интересуют, - самодовольно ответил он.
– Только трусость мешает в этом признаться…

– Я тебе сейчас такую трусость продемонстрирую, что на всю жизнь запомнишь, - процедила я, всё больше злясь, а потом, не раздумывая, впилась зубами в его плечо.

Не ожидая такого, Арсений взвыл и ослабил хватку, и я моментально бросилась к двери, надеясь, что успею выбежать на площадку и там уже подниму такой крик, что весь дом встанет на уши.

Но и вторая попытка бегства не увенчалась успехом. Когда до двери оставалось пару шагов, Арсений налетел сзади и, обхватив меня руками, оторвал от пола.

– Значит, не хочешь по-нормальному?
– зло спросил он.
– Засунуть мои чувства подальше и поглубже? Да с удовольствием! Только засуну я их в тебя! Я тебя быстро вылечу от страха перед мужчинами! Не собираюсь из-за какого-то неумелого козла упускать тебя!

– Что?
– не веря своим ушам, спросила я, и щёки залило румянцем. “Эва рассказала про мой неудачный опыт… Сестричка, но как же ты могла такое сделать?” - от предательства сердце защемило, а в горле образовался комок, и я не могла заставить себя и пискнуть, когда Арсений ногой пнул дверь в одну из комнат, и я увидела широкую кровать.