Его губы были так близко, а разум просто отсутствовал в этот момент. Я лишь подалась вперёд и закрыла глаза. Не было вспышек, были только губы, которые терзали мои. Руки, которые обнимали меня и снимали цепи. Поцелуй не был романтичным. Он был рваным, быстрым и каким-то не от мира сего. Болезненный поцелуй. Кто-нибудь слышал о таком? А я вот узнала. Это когда переступаешь через себя, чтобы воплотить мечту друга. Чтобы не разочаровать его, а внутри одна пустота и холод. Ничего.

Тяжело дыша, Лес немного отстранился и прижался ко мне лбом.

– Спасибо, Лив. Я подумал, что я гей. Веришь? – Усмехнулся он, а я рассмеялась сквозь слёзы. – Серьёзно. Я так долго размышлял о Нём, что сделал вывод, что влюбился в этого урода. Но нет. Я снова мужчина, Лив. У меня встал.

– Блять, Лес! Это противно! – Уже в голос рассмеялась и оттолкнула его.

Мы как два больных придурка осели на траву и продолжали ржать над этой ситуацией. Я обожаю его. Только Лес мог в этот драматический момент выдать такую нелепость. После нашей истерии он подхватил меня за руку и, подняв, потащил за собой.

– Куда? – Задыхаясь от бега, спросила я.

– Отдыхать. Что там, клуб? Я «за»! – Крикнул он, и мы достигли мотоцикла.

Лес снова ожил. И я видела это. Как преображения из статуи в человека. Даже мир стал каким-то более подвижным вокруг нас. Он улыбался, его глаза блестели от жажды приключений. Он стал самим собой. И вряд ли дело было в поцелуе. Он просто разрешил себе выговориться. А я нет. Я не смогла, и тяжесть осела внутри. Но сейчас я не замечала её, потому что был друг из прошлого.

– Лестер, – покачала головой и взяла шлем.

Нет, не было никакого клуба. Мы просто катались по ночному городу, смеялись, я визжала от восторга и адреналина. Стало легче, но не отпустило. Время, только оно поможет в моей ситуации. А впереди нас ожидала моя мама, которая приготовила праздник и украсила дом в плакаты и растяжки. Огромный торт и подарок – рубашка. Мы смеялись, дурачились и ели сладкий десерт, пока не поднялись и не решили, что эта ночь не станет исключением в помощи друг другу. И в сон провалились вместе на одной постели. Без слов, без предрассудков и без будущего. Мы просто друзья, которые знают друг друга лучше, чем самих себя. И за это я благодарна. Хоть что-то светлое пришло из моей той жизни, где был Он. Был.

– Ну, появилось? – Уже не знала, куда себя деть, делая новый круг по комнате в студенческом общежитии, которую я делила с Реджи. А Кори в этот раз поселилась в здании «зубников».

– Блять, Лив. Успокойся, – раздражённо рыкнула Кори, но обновила страницу в браузере.

– Сколько сейчас? – Посмотрела на Реджи, сидящую на полу и спокойно читающую учебник по травматологии.

– Без минуты восемь, – ответила Реджи и снова уткнулась в книгу.

– Вы что, ничего не понимаете? – Воскликнула я. – Это моя возможность! Моя и ничья больше! Я заслужила её!

– Появилось, – перебила мою тираду Кори, а я замолчала и с напряжением смотрела на спину подруги.

– И? – Реджи подняла голову, а в комнате повисло молчание. Мне казалось, что даже время остановилось вокруг нас.

– Чёрт, Лив. Это подстава, – простонала Кори, и я готова была зарыдать от обиды. Не получилось. Неудачница!

– Мне жаль, дорогая. Летом тоже будет набор, – сочувственно произнесла Реджи.

– А мне как жаль, – Кори повернулась и скривилась. – И как мы будем без тебя целых две недели, сучка ты такая? Ты первая!

– Что? – Переспросила я, слыша визг обеих подруг, и они тут же подлетели ко мне и начали обнимать, крича в ухо поздравления.

– Ты стоишь первая в списке, Лив! Первая! У тебя сто из ста! – Кричала Реджи, а я хлопала глазами, не веря своему счастью.

– Господи, – прошептала я, а из глаз брызнули слезы.

– Лив! – В мою спальню залетела Лайла, и мы все обернулись на неё. – Мы едем! Ты и я!

– Да, – кивнула я и уже завизжала, прыгая на месте, пока девочки подхватили моё веселье. И мы все начали проверять мой матрас на прочность.

Почему я так радуюсь? Зачем мне эта поездка? А я с удовольствием отвечу, да ещё и завтра буду вопить об этом как помешанная. Гарвардский университет для выпускников первой ступени, то есть бакалавриата, каждый год страивает бешенный конкурс на две недели практики в лучших больницах и центрах Америки. Туда направляются шесть студентов. Им предоставляется общежитие, а точнее, квартира, где они живут и работают. На период волшебной практики студенты превращаются в интернов, где их обучают. Это просто красная ковровая дорожка в аспирантуру и для личной практики в будущем. Твоё имя будет занесено в негласный список лучших будущих интернов, и при поступлении на новую степень тебя будут забирать с ногами и руками. А про уважение, про резко поднявшийся статус я, вообще, молчу. Это удача! Невероятная удача для меня. Ведь ни один из моих родителей не стоит и даже не дышит близко с медициной. А связи – всё в этом мире хирургов.