Ядозуб около входа был один, они вообще располагались на приличном отдалении друг от друга, что было на руку адептке. Мысленно поблагодарив систему за предупреждение и извинившись перед Таришей за порчу ценной шкурки, Хэйт запустила в монстра угольки, тлен, затем — когти мрака. И только потом, включив ауру стойкости (она не хотела задействовать ауры сходу, не поняв, относятся ли они к магии, вредоносной для шкуры ядозубов), скомандовала детенышу гидры подойти вплотную к ящерке, которая сама навстречу к врагу не спешила.

Второй плевок не заставил себя долго ждать, как и обещанное усиление эффекта — атаку порезало на 50 %, переименовав дебафф в сильную слабость.

Хэйт запретила Геро атаковать, питомец переминался возле моба, крутя головами, сама адептка также бездействовала.

Пещерный ядозуб плюнул в третий раз.

Вот тут монстрик засеменил было к Хэйт, но его перехватил Геро, которому адептка односложно приказала:

— Бей! — и порадовалась, что голосовое меню управления питомцем работает даже в параличе.

Детеныш гидры вцепился зубами обеих голов в ящерицу, выбивая крохи здоровья — его адептка предусмотрительно сняла скиллами.

— Умничка, — похвалила питомца девушка. — Еще и уровень поднял.

Геро апнул девятнадцатый уровень. Впрочем, окидывая взглядом помещение внушительных размеров, хозяйка «зеленого змия» не сомневалась, что это не последнее за день поднятие уровня — и для животинки, и для самой Хэйт. Теперь-то она знала, чего ожидать от населяющих этот зал монстров.

Второго ядозуба она убила Игг'Рашшаром. При включенных аурах. Как и с первого моба, выпала из дымной сферы «порченая шкура ядозуба», класса «малоценный» — то бишь, ерунда, сдаваемая за гроши торговцам из НПЦ. Если классы предметов приравнять к этажам, то мифический будет — пятым, обычный — первым, а малоценный — погребом.

Хэйт сочла успешным и этот эксперимент. Отключила ауры и принялась выкашивать ящериц: при успешном броске без магии, а если ни один из двух отправленных в полет клинков не прикончил ящерку, то добивала скиллами. Бестии Бестиями, а от нехорошей привычки помирать на каждом шагу она решила избавляться. «Шпильки» возвращались к владелице через пятнадцать секунд, а промежуток между плевками ядозуба составлял четыре секунды. Три плевка, если не увернуться хотя бы от одного, ставили цель в паралич — и Хэйт сильно сомневалась, что за срок действия парализации челюсти монстра не поработают на славу над ее тушкой. А уж выяснять, продлевается ли дебафф от четвертого попадания ей и вовсе не хотелось.

— Пора отбивать потери, — с долей цинизма сообщила ящерицам адептка.

Очень уж ее расстроил факт, что сольный турнир для уровней с двадцатого по двадцать пятый становится недоступным при переходе на двадцать шестой уровень, независимо от того, что она «слилась», и слилась изрядно. Один раз достиг — система запомнила, к турниру не допустит. Эти знания девушка успела почерпнуть с официального форума игры прежде, чем ей показали новый — оранжевый, как пятна на шкурах ящериц — потолок. Пятна, к слову, бесили.

Запрет был логичен, каждый новый уровень нес усиление — хотя бы очки характеристик, но успех авантюриста на турнире девушку раззадорил, хотелось выступить и доказать, что классы, презрительно называемые «гимпами [6] » могут что-то из себя представлять, а не только выступать в качестве зрителей или «мяса».

Да и дохнуть за последние пару недель Хэйт устала. Одно к другому — и по «полю с экспой» понесся «комбайн».

Когда же выяснилось, что ядозубы еще и респятся, хоть и не быстро, девушка недрогнувшей рукой отключила таймер. А то как запищит в неподходящий момент, рука при броске дрогнет — это же минус шкурка.

«Я же достаточно сознательная для того, чтобы выйти раньше, чем меня вырубит? Само собой», — мысленно попрощалась с таймером Хэйт.

И нет, ее не вырубило: выйдя из зала (в отличие от предыдущих «учебных» залов Бестий, покинуть этот можно было в любой момент) и еще не рухнув под ноги Тарише, она успела промямлить:

— Выход.

Уже следующим днем (хотя каким днем, поздним вечером), попросив у наставницы несколько минут на «подумать», адептка сделала запрос по оповещениям предыдущей игровой сессии.

Уровень вернулся к достигнутому в орочьих степях и даже больше — Хэйт теперь была адептом тьмы двадцать девятого (с половиной!) уровня. Три десятка неиспользованных очков (за поднятие уровней). Питомец добрался до очередного умения и до двадцать второго уровня. Умение, привычно уже пассивное, называлось «Многоголовость» и изменило вид питомца — у него выросла третья голова; кроме того, здоровье увеличилось в два раза. Если Хэйт верно поняла описание, каждое улучшение этого умения будет давать ровно такой же эффект: плюсовать одну голову, а здоровье множить на два.