– А копии?

– Всё чисто. Хорошо поработали, сволочи. Даже от крови квартиру вычистили...

– А...- договорить она не успела, отец перебит её:

– Ладно, нечего тебе забивать этим голову. Вот, - он указал ей на стопку файлов, - разбери по датам и отнеси в архивы.

– Хорошо, - согласилась девушка.

Всё как она и представляла - ей дали самую простую и бесполезную работу, но жаловаться она не собиралась. Некоторым её однокурсникам повезло меньше, и они работали в филиалах своих городов, в то время как она, в теории, могла получить поблажки, будучи дочерью прокурора. Но это лишь в теории. Руслан не давал ей спуску ни в жизни, ни в профессиональной деятельности. И именно он настоял на поступлении на юридический факультет, обучиться адвокатскому делу. Сама Белла была творческим человеком, и совсем не видела себя в таком суровом мире мужчин в форме, но спорить с отцом она не решалась. Его слово всегда было для неё законом, учитывая, что отец был её единственным родителем, в то время как мать сбежала от них, оставив после себя озлобленного мужа и психологическую травму для дочери. Лишь в тайне мечтая о художественной школе, девушка усердно изучала юриспруденцию.

Она провозилась с файлами до самого вечера, а после, вызвала такси, чтобы добраться до дома, ведь отец собирался задержаться на работе до поздней ночи. Впрочем, как и всегда. Белла уже давно привыкла к своему одиночеству. Единственными её друзьями были мольберт и кисти, ведь отец также контролировал и её повседневную жизнь. У отца самого не было близких друзей, только коллеги, вот и от дочери он требовал быть избирательнее, но зная вспыльчивый характер отца, Белла не рискнула ни разу в жизни приблизить к себе кого-то. Её сердце целиком и полностью состояло из пустот, которые должны были быть заполнены мамой, друзьями, любимым человеком и делом всей жизни, которых у неё никогда не было. Говорят, что ребёнок, лишённый родительской любви, превращается во взрослого, не умеющего любить, но Белла не была такой. С годами, она искренне простила маму. Несмотря ни на что, она даже пыталась найти её. Да, поступок матери был для неё словно нож в сердце, но прощение - не задеть этим самым ножом кого-то другого, не важно, насколько сильно ранили тебя.

Каким бы ни был отец, она любила его всем сердцем, и мечтала проводить с ним намного больше времени, чем позволяла ему его работа. А вот Руслан Батраев именно таким человеком и был. Работа давно стала для него центром Вселенной, и он не понимал, что дочь растёт одиноким цветочком, которому нужна забота. А возможно, где-то в глубине души, он всё замечал, однако, ни себе, ни кому бы то ни было, он никогда не смог бы признаться в том, что было на душе. Он видел в своей дочери бывшую жену, и каждый взгляд, брошенный на Беллу, только подтверждал, что она становится точной копией Оксаны. Та же хрупкая фигурка и рыжие волосы, голубые глаза и нежный тихий голос. Даже в манерах и плавности движений, она походила на мать. Но бывшая жена для Руслана умерла, и иногда, даже ему самому казалось, что лучшая его часть, умерла вместе с ней.

– Я собираюсь съездить к нашему общему с Юнусовым знакомому. Вернусь поздно, - подтвердив мысли дочери, предупредил Руслан.

– Будь осторожен, хорошо?
– уже в дверях проговорила Белла, надевая пальто.

– Конечно, - не отрываясь от работы, ответил отец. Осторожность была его старой привычкой. Он всю жизнь был осторожен, считая, что только женщины и дети могли позволить себе беспечность. Мужчины - нет.

Он собирался сейчас поехать к последнему человеку, способному поставить точку в расследовании в делах людей Юнусова. Десять лет назад он уже посадил за решётку двадцатилетнего парня, который в столь юном возрасте поставил на уши весь криминальный мир, а также, все правоохранительные органы, но тогда его подставили свои же люди, а теперь, весь криминал города находился в руках уже взрослого мужчины, и перейти ему дорогу было бы глупо и опрометчиво. Однако, кто-то явно точил на него зуб, и теперь Юнусову и его людям снова грозила решётка. Но лишь в том случае, если Батраев обзаведётся весомыми доказательствами, а само дело уже возбуждено. И прямо сейчас, удача улыбнулась Руслану - ему позвонил человек, в руках которого, это доказательство и находилось.

Запись с камер наблюдения, на которой отчётливо видны лица входивших в подъезд мужчин, в котором через несколько часов полиция обнаружила труп.

– Что ты хочешь за эту запись?
– спросил Руслан у мужчины, сидевшим напротив него. Он приехал к нему десять минут назад, и не собирался терять драгоценное время на пустые любезности. Да, они ходили по разные стороны закона, но, как говорится, враг моего врага - мой друг. И в данную минуту, Батраева интересовала лишь цена, которую нужно будет заплатить за столь весомую улику.

– Пока ничего, - многозначительно проговорил мужчина, - но однажды, я могу придти к тебе за помощью. Окажи мне её, и мы в расчёте.

– Сомнительная сделка, - прищурившись, пробормотал Руслан.

– В моменте она выгодна для тебя, Руслан.

– Вот только, чем эта выгода выльется для меня в будущем? Не лучше ли мне продолжить расследование, оставив всё так, как есть? И почему ты решил сразу предоставить видеозапись в прокуратуру, а не поторговался с Юнусовым?

– Это наши с ним тёрки, Руслан Генрихович, - вальяжно развалившись в кресле, и затянувшись сигаретой, проговорил мужчина.
– Давно он мне поперёк горла стоит. Хочу отдохнуть от его тисков. Пошли Палача на зону лет так на двадцать, всем же лучше.

Проговорив ещё примерно час, Руслан покинул кабинет в слегка приподнятом настроении. Видеозапись был у него в руках, и завтра с утра он отнесёт её в прокуратуру.

До дома Руслан добрался лишь к одиннадцати ночи. Везде был выключен свет, и он решил, что Белла пошла спать, хотя она всегда встречала его после работы. Внезапно, свет в прихожей включился, и он услышал голос домоправительницы:

– Ой, Руслан Генрихович, это вы?

– Да, Тамара, - устало проговорит он.

– А где Беллочка? Я думала, вы вернётесь вместе, - в голосе женщины послышалась тревога.

– В смысле?
– сразу же нахмурился Руслан. Усталость и сонливость как рукой сняло.
– Она не дома?

– Нет, Руслан Генрихович, она не приходила домой. Я...

Дальнейшие слова женщины он слушать не стал, прямо в обуви, он прошёл по направлению к комнате дочери, и рывком открыл дверь. Обычно, Белла спала с включённым ночником, но сейчас он не горел. Кровать выглядела так, будто её и не использовали с утра - покрывало аккуратно застелено, а сверху лежали мягкие подушки. По очереди открывая двери большого шкафа-купе, Руслан убедился, что все вещи остались на месте. Значит, дочь не сбегала. Изабелла никогда не позволяла себе ночные гуляния, и всё это выглядело как минимум странно. В душу стали закрадываться смутные подозрения, но он настойчиво их отгонял. Однако, полчаса спустя, когда были обзвонены все немногочисленные знакомые дочери, Руслан решил звонить своим людям в полиции. Да, она была совершеннолетней, и после пропажи не прошло и суток, но для дочери прокурора должны были сделать исключение. Он бы их заставил. Не успел он разблокировать телефон, как экран загорелся, уведомляя о входящем вызове. Номер не определился, но с возможностями Руслана, это было бы не проблема. Более того, он и местонахождение абонента вычислил бы в течении нескольких часов. Секунда потребовалась на то, чтобы взять себя в руки, и ответить на звонок: