Хранитель крепче обнял меня, продолжая нашептывать: «Все будет хорошо».

— Я устала, Дэн, я так устала, — шептала я, тихо плача, время от времени вдыхая аромат, исходящий из рубашки юноши.

— У нас все получиться, — уверял он, поглаживая мою спину. — Сначала мы вернем Уильяма и Ребекку, потом освободим Демонтеровна, с помощью меча рассоединим между тобой и Селенной связь и только потом спасем Луину. Ей в отличие от всех нас ничего не угрожает. Пока она спит она в безопасности.

— Завтрак, завтрак, завтрак, — весело пролепетала Пифф, залетев без стука в комнату. — Ой, извините, что помешала, но всех жителей города Фейрон приглашают на праздничный завтрак во дворец королевы фей. Ее Величество хочет сделать кое-какое объявление и отпраздновать прибытие хранителей.

— Уильям и Ребекка еще не вернулись, — напомнила я, поспешно вытирая слезы. — Без них я не собираюсь ничего праздновать.

— Энни, — начал Дэн.

Зеленые крылышки Пифф нервно затрепетали.

— Королева особенно хотела бы видеть хранителей в замке Сияния, — произнесла она, покусывая нижнюю губу. — Ее Величество очень рассердится, если вы не придете.

— Мы придем, — ответил Дэниел, не давая мне ничего сказать. — Дай нам минуту.

На этих словах пикси улетела через окно, на улицу, оставив нас в полном одиночестве и тишине.

— Я не пойду к королеве, — вновь начала я.

— Энни, благодаря Кеймрон Эшли Везер хранители и телохранители смогли найти дорогу в город Фейрон, — напомнил юноша. — Мы должны ее отблагодарить за помощь.

— Ладно, — с неохотой согласилась я. — Я как раз хотела увидеться с мамой.

Всю дорогу до замка нам пришлось лететь, используя волшебную пыльцу, Дэниел крепко держал меня за руку, ссылаясь на то, что за этот месяц, так или иначе, мне придется побороть свой страх и научиться летать.

— Я рядом, — говорил он. — Ничего не бойся.

Какое же было счастье, когда я наконец-то вступила на землю. В этот раз мне удалось разглядеть замок Сияния во всей его красе.

Королевские имения волшебного народца представлял из себя что-то яркое и величественное. Казалось, ни в одной комнате не гулял полумрак, доводящий до ужаса, как в замке Вольдемара. Высокие потолки были усыпаны серебром или звездами, которые освещали нам путь до самого тронного зала, где нас ожидала королева, восседая на королевском троне. По пути к ней нам то и дело встречались картины, на которых в основном были изображены сражения или торжество фей в городе Фейрон. Разумеется, не обошлось и без портретов самой королевы. Больше всего меня привлекла огромная картина, висевшая в углу на который никто не обратил внимания кроме меня. Там, уверенно глядя вперед, сидела королева, элегантно положив руки на колени. Рядом с ней с озорной улыбкой стояла маленькая темноволосая девчонка с заостренными ушами точь-в-точь как у бабушки.

«Мама», — прошептала я с улыбкой.

— Ты на нее очень похожа, — произнес Дэниел, смотря на мою маму. — Вы отличаетесь, пожалуй, только волосами.

— А волосы, как у королевы, — заметила я. — Тоже кудрявые.

Платиновые короткие волосы едва ли не сливались с длинным легким платьем в пол того же цвета. Мама уже давным-давно успела вырасти, а бабушка же напротив, осталась такой же молодой, как и двадцать лет назад.

— Сколько королеве лет? — поинтересовалась я.

— Лет сто, — ответила Кэнди, подлетая ближе к нам. — Никто не знает точно. Королева бессмертна, как и все жители города Фейрон и родилась она гораздо раньше всех нас, отчего точной информации, о ее возрасте никто не знает.

Я еще раз посмотрела на маму и медленно перевела взгляд на бабушку. Сейчас они выглядели на один возраст, отчего смело можно было бы посчитать, что они сестры или лучшие подруги.

— С какого момента феи и эльфы перестают стареть?

— Когда крылья полностью вырастут, — пояснила Пифф, поторапливая нас к остальным пришедшим гостям, — в основном это происходит в возрасте двадцати пяти лет.

Мы быстро вернулись к толпе собравшихся эльфов и фей, которые уже заходили внутрь тронного зала. Я слышала удивленные возгласы некоторых собравшихся, в основном они доносились от самых маленьких крылатых созданий, чьи глазенки удивленно расширялись при каждой увиденной драгоценности замка.