— Снаружи это не было написано, да и пробные партии обычно бесплатные.

— Это внутренние распорядки.

— А что ещё у вас там есть в этих самых распорядках? — решил я дальше докапываться и сказал уже громко. — А то вдруг указано, что любой посетитель, вошедший сюда, автоматически становится вашим рабом?

На нас сразу обратили внимание все ближайшие посетители, и недобро так глянули на моего собеседника. Тот сразу почувствовал недоброе, и заюлил: Ну что вы, разве так можно. Посетитель просто должен попробовать хотя-бы одну игру, чтоб понять нравится или нет, и всё.

— Даже псион? — решил я по блефовать, и на меня взглянули Винк с удивлением, и собеседник с испугом.

— Погодите. — вскрикнул тот и смылся куда-то вдаль, в глубину залов.

— Ты не псион. — сказал подошедший откуда-то сбоку щупленький парень. — Хотя защита стоит у тебя хорошая.

— Я этого и не говорил. — Я просто спросил, нужно ли псиону здесь играть, а ты кто?

— Я работаю в местной охране, я псион ментал.

— Слушай сюда псион, есть ведь кое-кто и пострашнее псионов. — решил я давить на мнимую угрозу, а какую он сам себе придумает. — Ты ведь не хочешь, чтоб я тут всё разнёс?

— Хорошо, я понял Вас. — испуганно заявил он. — Давайте я провожу Вас до выхода.

Пройдя немного подальше от треклятого казино, Винк поинтересовался:

— Это что там такое было?

— Всё элементарно, обычный лохотрон. Без выигрышное казино, такие долго не работают, но кредиты свои имеют.

— А про псионов, зачем наплёл, и кто такие «пострашнее псионов»? Я про таких не слышал.

— Я тоже, но псион, похоже, в курсе про таких и принял нас за них, иначе мы бы оттуда не вышли.

— Но если нас поймают на вранье, а выдача себя за другого ещё хуже, то за слова придётся ответить. Ведь там всё протоколируется. — предупредил Винк.

— Не учи учёного, я чай не первый раз по ушам езжу. Есть особый тип вранья — правдой, является особым видом информационного оружия, использовался у нас в холодных войнах. У тебя ведь всё тоже протоколировалось нейросетью?

— Да.

— Вот и просмотри ещё раз то, что я там ему наговорил, если не поймёшь, я потом тебе объясню, если интересно. А сейчас давай заскочим, куда нибудь пожрать, а то я на нервах весь и проголодался.

— Странно, а по тебе и не скажешь. Хорошо, вон то здание, вроде кафешка.

Внутри действительно оказалась кафешка, только Винк, почему то занервничал. Я ничего такого не ощущал и спросил его, в чём проблема. Тот ответил, что это база наёмников, и чужих тут не любят. Либо ты наёмник, либо наниматель. Я успокоил его, пояснив, что я его наниматель, и вообще мне здесь нравится. И тут я увидел в глубине зала одинокую и красивую женщину, по лицу которой было видно, что она скучает. А свободные столики вокруг неё наводили на мысли об её опасности. Мысленно представив что я с ней беседую я опасности не чувствовал, я решил ещё раз подколоть Винка.

— Вон смотри и объект охоты есть. — Указал головой направление Винку.

— Даже и не думай. — ответил мне враз побледневший Винк. — Особо наглых она прямо здесь по шинкует.

— А кто сказал про наглость, тут вежливость нужна. Займи соседний с ней столик и смотри.

— Стой…

Олия сидела и скучала. Нормальных заказов давно нет, а на левые соваться большой риск, кредиты пока есть. У Мита после последней заварушки вылетела нейросеть и невозможно её переставить. Даже злость не на ком сорвать, никого рядом нет.

— Позвольте представиться, Владимир Викторович Кунин. Можно Вам составить компанию и присесть за ваш столик? Я хотел сказать, что в центре толпы мужчин сидит и скучает такая красивая женщина, и ни у кого не хватает смелости или умения её развлечь беседой. А почему бы это не сделать мне?

— Э-э-э… Если только беседой.

— Ни на что больше не претендую. Позволено ли будет мне узнать Ваше имя?

— Олия. Сразу видно, что ты из диких миров, в Содружестве на Вы не разговаривают.

— Учту на будущее.

— Что будешь заказывать? — спросил тут же подскочивший официант. — У тебя не отзывается нейросеть.

— У меня нет нейросети. Я новичок в мирах Содружества, и не знаю названий блюд. Мне что-нибудь похожее по вкусу на 37 блюдо синтезатора, а даме все, что она пожелает за мой счёт.

— Тогда мне бутылочку особого Лернийского.

— Заказ принят, сейчас принесу.

— У тебя очень длинное имя, первый раз слышу настолько благородный род.

— В мире, откуда я прибыл, почти все люди такие.