В бар вошли Пиппа, Тайк, Белла и Макс. Они присели за стойку, и я искренне улыбнулась всем.

— Эй, ребята, что случилось?

— Пришли слегка поэксплуатировать вас, — хихикнула Белла.

— Неужели? — я подмигнула. — Валяйте!

Белла рассмеялась.

— Что будете пить? — к нам подошел Рейнер.

— Я буду водку, — сказала Белла, и Макс игриво ей улыбнулся. — И виски для него.

Я издала сдавленный смешок, затем взглянула на Пиппу и Тайка. Она улыбнулась Рейнеру, и он перевалился через стойку, чтобы обнять ее. У них все еще были крепкие отношения, но теперь она позволила Тайку позаботиться о себе вместо того, чтобы каждый раз убегать от проблемы. Они оба сильные ребята, и я все больше сближалась с Пиппой, испытывая к ней искреннюю и глубокую симпатию.

— А вы двое? — спросила я в свою очередь.

— Мне - апельсиновый сок, — ответила Пиппа, и мы все переглянулись.

— И с каких это пор мы перешли на сок? — уточнил Рейнер.

— С тех пор, как я забеременела.

Я громко взвизгнула; Тайк раскатисто засмеялся, раскачивая головой в разные стороны, потому что я чуть не грохнулась, резко наклонившись через бар и обнимая Пиппу. Белла тоже распахнула свои объятья, от нежности мы чуть не задушили подругу.

— Боже, Пиппа, скоро ты станешь мамой!

Пиппа залилась краской и застенчиво улыбнулась.

— Да.

— Я так рада за тебя!

Я повернулась к Тайку.

— Поздравляю, дружище.

Он подмигнул.

— Спасибо.

Рейнер обошел барную стойку, подхватил Пиппу на руки и закружил. Она лучезарно рассмеялась и обняла его в ответ, когда он поставил ее на место.

— Я чертовски рад за тебя, хорошая моя.

— Спасибо. Мы тоже очень счастливы.

— И когда пополнение? — спросила Белла.

Я продолжила свою работу, общаясь с ребятами. Это была очень хорошая новость, я была искренне рада за Пиппу. Она заслуживала малыша, как никто другой. Уверена, она станет прекрасной матерью, потому что пережила тяжелое прошлое. Я повернулась к Рейнеру, он подмигнул мне. В душе разлилось приятное тепло, я прошептала одними губами, — «Я тебя люблю», и он прошептал то же самое.

Да, может, когда-нибудь и мы станем родителями.

Не могу дождаться.

~*~*~*~*~

— Куда ты меня тащишь? — весело хохотала я, вцепившись в его руку, которой он закрыл мне глаза.

— Если я скажу, тогда сюрприза не выйдет. А теперь посиди спокойно. Когда ты извиваешься, у меня начинается эрекция.

— Рейнер! — я прыснула от смеха, он захихикал.

Под ногами я чувствовала тротуар и слышала мимо проносящиеся машины. Скорее всего, мы были где-то в жилой зоне. Рейнер продолжал меня вести, и вот, наконец, мы остановились.

— Ты готова?

— Не знаю.

Он рассмеялся.

— Приготовься.

Он опустил руку, и я в замешательстве осмотрелась. Мы находились у дома Рейнера, во дворе которого росло огромное дерево, но я не замечала подвоха.

— Э-э?

— Подними голову, малышка.

Я посмотрела вверх и потеряла дар речи. Это было то самое дерево, где мы частенько обитали в детстве.

— Где ты его взял? — в изумлении прошептала я, глаза стали влажными.

— Люди, которые когда-то купили старый дом твоих родителей сохранили его, я им заплатил и мне отдали дерево.

— О, Рей-Рей.

— Пошли.

Он взял меня за руку и повел к лестнице, расположенной с обратной стороны. Пока я залезала по ней, Рейнер был позади и подстраховывал меня. Мы забрались в наш домик, от счастья закружилась голова. Я подползла к старому сучку, на котором были нацарапаны наши имена, словно это было только вчера. «Рейнер и Эмали. Лучшие друзья навеки».

— Господи, Рей, здесь совсем ничего не изменилось.

Он подполз ко мне, и на его лице тоже красовалась широкая улыбка.

— А знаешь, мне кажется, никто и никогда не смог бы здесь найти свою любовь, как мы.

— Наверное, нет, — вздохнула я.

Он усмехнулся и подвинул нас на край убежища. Мы уселись, свесив ноги, как раньше.

— Послушай, Эми, — еле слышно сказал он, глядя на меня. В его глазах было что-то необычное, что-то чувственное.

— Что это?

Он достал из кармана коробочку и подвинулся ко мне еще ближе.

— Я хочу кое-что спросить у тебя. Понимаю, что в обычном понимании это не совсем подходящее место, учитывая, что мы сидим в дупле дерева, но я думаю, что это все-таки самое лучше место для таких дел.

О, Господи.

— Я люблю тебя уже очень много лет. Но знаешь, когда я влюбился в тебя сильнее всего?

Я отрицательно покачала головой, чувствуя наворачивающие слезы.

— Это было именно здесь, когда мы сидели вот так.

Я находилась в замешательстве, но все начало проясняться, когда он открыл коробочку и достал браслет, который дарил мне на совершеннолетие. Он бережно застегнул его на моем запястье и слезы потекли ручьем, я все-таки не сдержалась. Затем Рейнер взял мою руку и достал еще одну коробочку.