Осгуд поднялся, чувствуя, как болят затекшие мышцы. Он привык к боли, он уже и не помнил, когда она последний раз покидала его. Тяжело вздохнув, он замахнулся и швырнул магическую сферу в покрытую плесенью каменную стену. Стеклянный шар с отчаянным звоном разлетелся на осколки, распугавшие крыс; последняя связь с внешним миром была оборвана.

Он замер у своего стола, не зная, что делать дальше. Осгуд уже смирился со смертью, но еще не был мертв, и это было странно. Пожалуй, следовало снова проверить все печати, убедиться, что никто не проберется в его маленький кластер… и никто отсюда не выберется.

Крысы быстро оправились от испуга, и это еще раз подтверждало, что и они начали меняться. Одна из них, крупный зверек, покрытый черно-серой шерстью, взобралась на стол и осторожно двинулась к нему. Должно быть, им уже хотелось свежего мяса – горящие красные глазки существа были прикованы к бледной коже Осгуда.

Он не чувствовал в себе ни злости, ни страха. Чувства, ненадолго проснувшиеся из-за разговора с Илтэрраном, снова угасали, его душа погружалась в безразличную ко всему пустоту. Осгуд наблюдал за крысой. Одной рукой он задумчиво постукивал по столу, другой перебирал осколки магической сферы, долетевшие до его стола.

А третьей рукой он перехватил крысу и отправил ее прямо в опухшую, видоизмененную челюсть, до этого скрывавшуюся за шарфом.

Давным-давно, когда мир еще был молодым и единственным, задолго до того, как появились первые кластеры, а нелюди стали скрываться от людей, семь чудовищ объединились, чтобы начать великую охоту. Чудовища в мире были и до этого, но в них таилось столько ненависти, что они не могли поладить даже друг с другом. Только это и спасало тех, кого они выбирали своими жертвами.

Но вот пришли другие чудовища, могущественные, умные и хитрые. Они поняли, что при всей их силе непобедимыми они могут стать только в единстве. Они заключили союз, который должен был подчинить им весь мир.

Они были не просто хищниками, выбравшимися из черной ночи. Они были богами, повелителями смерти, от одного имени которых дрожали целые народы. Казалось, что уничтожить их невозможно, что нет того, кто стал бы им достойным соперником, – пока не пришел Огненный король.

Так начиналась сказка, которую в детстве рассказывали всем юным магам из Великих Кланов, и Хиония не стала исключением. Она, тогда еще маленькая девочка, куталась в одеяла и слушала рассказы бабушки с той смесью испуга и восторга, что знакома, пожалуй, только детям. Ее воображение рисовало несокрушимых чудовищ и отважных героев, великие битвы и захватывающие приключения. Это было таким далеким и нереальным, что Хиония не сомневалась: бабушка все выдумала.

А потом она выросла и узнала, что в яркий наряд сказки взрослые просто заключали ту неприятную правду, которую рано или поздно должны были узнать их наследники. Но маленькой Хионии не было дела до проблем Великих Кланов. Она пряталась под одеялом, зажмуривалась и представляла себе грозного Огненного короля.

Он был очень силен, он пылал ярче солнца и ни одно чудовище не могло его одолеть. Но когда они объединились, даже его силы оказалось недостаточно, чтобы уничтожить их. И тогда Огненный король нашел выход: он выбрал из числа простых людей самых смелых, отважных и благородных. Их он назвал своими учениками и подарил каждому из них частичку своей силы, достаточную для победы над одним из чудовищ.

Огненный король понимал, как разрушительна его сила для этого мира, поэтому он собирался после битвы забрать магию обратно. Но он был ослаблен, а противники оказались слишком сильны. Он все же выиграл ту битву, однако он был серьезно ранен и вскоре погиб, так и не успев забрать свою энергию. Вот только беспокоился он зря: его ученики стали достойными людьми, каждый из них основал свой собственный магический клан, хранивший наследие Огненного короля.

Такой была сказка, но в сказках всегда все заканчивается хорошо. Повзрослев, Хиония выяснила, что в истории были определенные моменты, о которых детям предпочитали не рассказывать, чтобы не пугать их раньше срока.

Например, то, что чудовищ так и не удалось убить. Создания, считавшиеся богами, были бессмертны, и на поле боя не оставалось времени на поиск силы, способной их уничтожить. Поэтому Огненный король просто запер их в мире мертвых – одном из первых прообразов того, что позже стало кластерными мирами.

Не говорила сказка и о том, что ученики не очень-то хотели отдавать свою силу обратно. Когда Огненный король погиб, они, конечно же, скорбели о нем и всегда почитали как своего наставника. Но в глубине души они сохранили и страх перед ним – страх того, что он однажды вернется и разрушит их привычную жизнь. Этот страх они передали своим детям, те – новым поколениям, и с годами он укрепился в Великих Кланах, став частью их наследия.

Поэтому когда появился новый Огненный король, к нему отнеслись с настороженностью и даже враждебностью. Хиония и сама не готова была принять его и присягнуть ему на верность, хотя ей-то стоило сделать это раньше других. Она была прорицательницей, как и многие сильнейшие маги из клана Интегри, и она помнила старую сказку.

Но жизнь – не сказка, и отказаться от привычных устоев оказалось не так-то просто. Все семь кланов, потомки тех, кто принял энергию первого Огненного короля, сомневались, враждовали, выступали друг против друга, пока не стало слишком поздно. Появилась третья сила, распахнувшая клетку с чудовищами.