Самое страшное подтвердилось. Девочка до школы не дошла…

Рогозина велела привести Овечкина в ФЭС…

***

— Далась вам эта девочка… — мрачный, растрепанный и с блуждающим взглядом мужчина восседал напротив Рогозиной.

Гарри с Кругловым присутствовали за стеклом допросной. Гарри что-то не нравилось в этом человеке, и он вскоре понял, что именно. И помчался прочь, в сторону компьютерного отдела, проверить подозрение…

— Девочкой больше — девочкой меньше… неважно.

— Она жива?

— Жива, — проговорил Овечкин зло. — Не тем интересуетесь, не тем…

Допрос продолжился бы, если бы не Гарри. Тот подозвал всех, и собрал за стеклом. Рогозина, безумно недовольная поступком своего мужа, что отвлек ее от допроса подозреваемого, мрачно уставилась на своего супруга.

— Вань, говори.

— После того случая, когда греки ободрали его как липку, он, похоже свихнулся. Первый раз его задержали за хулиганство у греческого посольства… В итоге, был поставлен диагноз: шизофрения…

— Полежал несколько месяцев в больнице, и вышел со справкой… — проговорил Гарри.
– … и у него психотерапевт, свой собственный. Я, только по внешнему виду, тоже подтвержу правильно поставленный врачами диагноз…

— Врача оплачивает муж сестры, — проговорил Тихонов. — Вот…

— Надо бы с его врачом переговорить, — проговорила женщина, вставая прямее.

— Я его уже вызвал, — проговорил Иван.

— Молодец…

***

Мужчина, с сединами и довольно-таки импозантный шел рядом с Рогозиной-Поттер и рассказывал ей о своем пациенте.

— Он должен был пить лекарства, я ему их прописывал, каждую неделю…

***

— Иван, я извиниться хотел, — проговорил Николай Петрович.

— Извиняйтесь, — проговорил программист, холодно глядя на мужчину.

Гарри, который все еще продолжал анализировать клиники и прочее, в обнимку с ноутбуком и телефоном и чашкой какао, осторожно выглянул на них из своего угла.

— Ну ты и наглец… Все-таки ты здорово нашел в интернете про это… С Грецией.

— Сейчас все продается, покупается и узнается из мировой сети. — Подал голос из своего угла Гарри. Он аккуратно положил мобильник рядом с собой и подошел к мужчинам. — Мир на месте не стоит…

— Я… тут в вашем досье покопался… — осторожно начал говорить Тихонов.

— Понравилось? — спросил Гарри напрямик.

— У меня к вам только один вопрос: как? Как вы все это вынесли?

— Не знаю, — Гарри сделал глоток горячей жидкости. — Наверное, просто вера в лучшее меня спасла… В Чечне я уже с Галей познакомился… Так что…

— О чем вы беседуете, мальчики? — спросила женщина, входя к буфет.

— О том, как мы с тобой познакомились, — проговорил Гарри. Рогозина-Поттер чуть заулыбалась от нахлынувших воспоминаний:

— Учитывая, что наше с тобой знакомство началось со слов: «Эй, ты жива?»… И кроме как «идиоткой», ты меня в первые дни не называл…

— За дело…

— Да. Ты прав… Но ты меня все-таки тогда пожалел — не дал боевикам со мной сделать все, что они хотели… Моложе мы с тобой были… Лет на одиннадцать… — проговорила женщина.

— Да ладно… Не бери в голову… Все уже позади… Как ты себя чувствуешь? С утра тебе было не столь хорошо…

— Нормально. — Отговорилась женщина от супруга. — Значит, по нашему подследственному… Надо провести следственный эксперимент… Он игнорировал лечение и не пил прописанных ему лекарств…

— Мне кажется, не в нем дело… — проговорил Гарри. — Не в нем… Точнее в нем, он псих… Он не хирург… Не смог бы он так вынуть внутренности… Тут что-то другое…

— Гарри, ты обещал прошерстить все свои связи…

— Я все и сделал. Нигде печень и почки детей не всплывали. По крайней мере, заграницей… Всех обзвонил, и даже по черному рынку органов прошелся… Более того, одному из моих давних знакомых срочно нужен донор почки… У него сын заболел… Он сам тоже прошерстил все и всех… Так что тут глухо. Либо почки и печень оседают где-нибудь в российских больницах, внутри страны, но Ваня проверил — доноры конечно требуются, но пока объявления о продаже и продажах нигде не всплывали… Среди прооперированных, дававших те или иные органы — лишь родные или те, кто завещал себя и свое тело науке и в помощь…

— Это плохо… Я хорошо знаю твои контакты и как ты ищешь. — Кивнула женщина супругу. — Похищена семнадцатая жертва, а мы до сих пор не знаем, где она…

— Да надо на этого надавить… И все!

— Николай Петрович, он шизик, — проговорил Гарри, — вы скоры на расправу и на решения… Его признание стоит копейки, о последней жертве он мало что знает, и девочки, как показал обыск, у него не было найдено, как и следов пребывания других погибших детей… Так что пусть Галина Николаевна проведет следственный эксперимент, и он подтвердит или опровергнет все…