Твой божок не существует, потому он тебе не поможет. А я тебя убью за угрозы в мой адрес и в адрес моего слуги.

Епископ, предчувствуя свою гибель, заорал:

– Убьем ведьму! Во славу Господа нашего!..

Толпу этот призыв всколыхнул- два чужака убили инквизиторов колдовством, угрожают епископу, но ведь их всего двое. И люди двинулись вперед, толпа ощетинилась вилами, косами, дубинками и факелами, подбадривая себя молитвами.

Госпожа, позвольте мне- это все же моя работа.

Девушка пожала плечами и сделала шаг назад. А Рокерт, успевший аккуратно уложить девочку на мостовую, шагнул вперед, вынув откуда-то из воздуха огромный фламберг с лезвием, окутанным зеленой дымкой.

Но люди, ободряемые воплями епископа, не остановилась от вида очередного колдовства. И накинулись на Рокерта. Со стороны это выглядело довольно жалко- люди неумело пытались задеть вихрь, в который превратился слуга, а сами падали нарубленные кусками под ноги своих товарищей.

Именно этот момент выбрала девочка, чтобы очнуться. И от страха забилась, пытаясь встать:

– Мама! Мамочка!..
– но расшибленное колено не хотело давать ей встать, а ревущая от ярости толпа была так близко, всего в трех шагах взрослого человека. Слезы застилали глаза, а сердце было готово выскочить из груди от ужаса, когда чьи-то руки крепко обняли её, а в ухо нежно шепнули:

Не бойся...

Этот кто-то ласково погладил девочку по голове, от чего слезы хлынули водопадом, девочка уткнулась этому человеку в грудь и отчаянно заревела.

– Рокерт, всех не убивай. Нам нужно еще узнать, где мать этой девочки.

Рокерт, разрубая очередного горожанина, бросил взгляд на госпожу. Та сидела, крепко обнимая девочку одной рукой, а другой гладила ребенка по голове, что-то ласково нашептывая.

Бешеная рубка Рокерта продолжалась недолго- часть горожан бежала, несколько человек с тяжелыми ранами еще силились встать или хотя бы уползти, а большая часть людей валялась рубленными кровавыми кусками под ногами. Епископ, который хотел сбежать- за что получил глубокую зарубрку на бедре, сидел на мостовой и неверяще озирался. Слуга, задвинув меч словно бы в невидимые ножны, отчего фламберг исчез, одной рукой ухватил священнослужителя за шкирку и поставил на ноги. Епископ со стоном хотел осесть наземь, но ему не дали. Рокерт подвел пленника к госпоже.

Девочка в объятиях девушки уже не ревела, лишь тихонько всхлипывала.

– Рокерт, спроси у этой швали- за что они преследовали эту девочку?

Епископу досталось несколько очень болезненных ударов, прежде чем Рокерту удалось наладить с ним диалог.

Госпожа, здесь под запретом магия, жрецы местного божка истребляют людей по первому подозрению во владении магией. Мать этой девочки была объявлена ведьмой- магичкой. А девочку собирались убить зато, что она дочь своей матери.

Что с матерью девочки?

Её забила толпа, когда жгла дом ведьмы. Труп сожгли, бросив в горящий дом.

Девочка заплакала сильнее. А голос молодой госпожи заледенел и потяжелел.

Значит, эта мразь, которую ты держишь в руках, считает себя вправе уничтожать людей, владеющих благородным искусством магии?

– Ведьма, в чернокнижии нечестивом нет ничего благородного!..- тяжелый кулак Рокерта прервал священника.

– Червь, ты не смеешь перебивать госпожу.

– Убей его, он нам не нужен.

Епископ хотел что-то сказать, но не успел. Отбросив труп, Рокерт заметил:

– Госпожа, в округе полно людей, нас берут в кольцо.

– В кольцо берут?- девушка это прошипела с неприкрытой злобой. Девочка аж вздрогнула. Но госпожа ласково сказала:

– Не бойся, малышка. Рокерт, понесёшь девочку.

Рокерт подхватил девочку на руки. И последовал за госпожой, которая отправилась к центральной площади города. Там она встала посреди площади и стала ждать. Рокерт встал рядом, чуть позади госпожи. Горожане, шнырявшие по узким улицам, не решились преградить им путь, но сейчас осмелели, снова собираясь в толпу по краю площади, кольцом охватив чужаков. Девушка равнодушно наблюдала за этим, храня молчание.

Но когда толпа начала гудеть, подбадривая сама себя фразами типа : "убьём ведьму", "слуги дьяволовы обнаглели совсем", "Боже, помоги"- молодая госпожа заговорила громким, хорошо поставленным голосом, который был хорошо слышен всем собравшимся. Она сказала:

– В виду ваших отвратительных заблуждений, за убийство магички, покушение на дочь магички, за оскорбление аристократии, за угрозы, за попытку убийства аристократа и находящихся под его покровительством людей, я, Алесса Арк, герцогиня Офелийская, по праву рождения приговариваю по формуле быстрого суда вас и ваш город к уничтожению.