– Алесса...

Ее глаза сощурились, она с неожиданной для такой изящной девушки силой встряхнула его, что-то прошипев, явно недружелюбным тоном. Видя, что он молчит, вдруг влепила ему хлесткую пощечину, от которой аж гул в голове пошел. И что-то еще зашипела, явно впадая в ярость.

– Я тебя сейчас не понимаю!..

Остановив руку, занесенную для второй пощечины, демоница спросила уже на русском:

– Ты меня понимаешь?

– Да.

– Откуда ты знаешь моё имя?- еще одна пощечина заставила мотнуться его голову.

– Ты же сама мне его назвала?

– Когда это было?

– У тебя с памятью проблемы?! Это же было совсем недавно, когда ты была в пентаграмме!- выпалил Даня, видя, как демоница снова замахивается.

– В какой пентаграмме?

Даня, уже отчетливо понимая, что связался с ненормальной, но не желая получать очередную пощечину ( и так уже лицо от них горело), покорно ответил:

– Треугольник с символами в углах. Начертил, поджёг, произнёс "Арк"- и ты появилась, мы с тобой сделку заключили.

– Ну-ка, покажи мне левую сторону своей груди.

Даня, достаточно быстро, но не совершая резких движений расстегнул куртку, снял её. Стянул джемпер, а затем футболку. И сам с удивлением увидел на груди слева, выше соска тот самый треугольник. По виду, чем-то выжженный. Поняв это, почувствовал боль- которую до этого момента не замечал.

– И что же ты пожелал? Дословно?

– Эээ... Хочу, чтобы ты, Алесса Арк, была рядом со мной...

Алесса дернулась- то ли от возмущения, то ли хотела его еще ударить, но тут же передумала. Затем, она кинула взгляд на пол и на полу загорелась новая пентаграмма. Алесса произнесла "Арк" и тут Данина челюсть отвалилась.

В пентаграмме появилась еще одна Алесса.

– Уже двое...- растеряно прошептал Даня.

Призванная Алесса и та, что его только что допрашивала- были, кстати, одеты по-разному. Алесса в пентаграмме была в лосинах, сапожках и толстовке с капюшоном, все тёмных цветов- точнее не давал понять неверный свет от огня. А вот та, Алесса, что мучила его дурацкими вопросами- была одета в какую-то светлую ночнушку. И больше ничего, ноги у нее были босыми- и Даню немного корежило от вида изящных и таких нежных на вид девичьих ступней, которые топтались по холодному, грязному полу, на котором, к тому же хватало битого стекла.

Две Алессы начали общаться друг с другом на непонятном языке. И Даня начал подозревать, что та Алесса, что появилась тут в ночнушке- не совсем та, что стояла в пентаграмме. Диалог был короток, после чего пентаграмма со второй демоницей исчезла.

Он был награждён очень хмурым взглядом синих глаз (как погасла пентаграмма- под потолком загорелся словно бы сгусточек света, небольшой, но яркий- что и позволило нормально различать цвета). Убивать его сейчас будет, наверное... Но Алесса молчала, все так же пристально его рассматривая. А он почувствовал холод- все же не май месяц на дворе, чтобы с голым торсом разгуливать. И раз уж демоница его пока не убивала и даже не била, Даня отважился спросить:

– Мне уже можно одеться?

Алесса кивнула. Вид у нее был уже не угрожающий, а скорее, задумчивый. Она повернулась к окну, пока он натягивал на себя футболку и джемпер. Хотел было надеть и куртку- но тут кинул взгляд на голые плечи девушки, замялся. Она стояла спиной, явно не собираясь оборачиваться, а окликнуть ее Даня не решился. Помявшись с курткой в руках еще немного, все же шагнул к ней и решительно накинул ей на плечи.

Алесса стремительно обернулась, а его опять что-то большое, но невидимое, приложило, сбивая с ног. Падая, еще и напоролся ладонью на кусок стекла. Да что ж так больно-то!..

– Зачем?
– спросила Алесса.

Даня, у которого вся ладонь была залита кровью из глубокого пореза, болело отбитое невидимым ударом тело, до сих пор горело от пощечин лицо и ныло клеймо на груди, психанул:

– Да иди ты в жопу, ненормальная!

Глаза Алессы округлились, а потом она неожиданно и звонко расхохаталась. Отсмеявшись, она вдруг весело сообщила:

– Это я тут должна на тебе срываться- это же ты меня выдернул из постели и приковал к себе с помощью моего же фантома!

Даня наградил ее хмурым взглядом. Видя, что ей не отвечают, демоница подошла ближе и присела рядом на корточки. Взяла его порезанную руку своей и развернула ладонью вверх. Даня уже ждал, что она начнет его кровь пить, но та просто глянула на порез- и тот закрылся, даже шрама не осталось. Только кровь напоминала о том, что порез все же был. Затем она оглядела его целиком и Даня почувствовал, как уходит боль из ушибов. Даже боль от клейма прошла.

– Спасибо...

– Ну а теперь что?
– вдруг спросила Алесса.