— Вышла припудрить носик, — мгновенно ответил Булл. Этот вопрос, казалось, совсем его не застал врасплох. — Вот, что хотел спросить: на следующей неделе уже Хэллоуин. У вас всё готово? Никаких проблем нет? Не хотелось бы расстраивать декана Кларксон и остальных представителей, которые с удовольствием согласились посетить вечер.

— Нет. Будут какие-либо вопросы или проблемы, мы знаем, где вас найти, — Гарри напрягало присутствие мужчины. — А сейчас мы выйдем; Эмс, ты вроде хотела подышать свежим воздухом?

— Да, — Эмилия кивнула. — До скорого, профессор.

Ещё пару секунд, и ребята смотрели на спину удаляющегося Томаса. Сбросив руку Гарри, Эми грозно посмотрела на парня, но тот продолжал улыбаться. Этот парень точно скоро доведёт её до психиатрической лечебницы!

Эмилия посмотрела на телефон. Пришло ещё одно смс-сообщение с того же незнакомого номера: жду ещё три минуты и ухожу. В голове смешалось тысячи мыслей. Что если это та самая девушка? Или маньяк? Или просто чья-то идиотская шутка?

— На балкон, сейчас же, — взяв Гарри за руку, Эми потянула парня к балкону. К счастью, он находился недалеко, но из-за глупых шпилек передвигаться было труднее. Вот как героини боевиков умудряются бегать на каблуках, да ещё и надирать какому-то отморозку зад? Это же невозможно!

— Ты мне ничего объяснить не хочешь? — Стайлс в несколько шагов обошёл Эмилию и попытался остановить её, но как сказал когда-то Луи «осла с гвоздём во лбу уже ничего не остановит», и эта фраза как никогда была про Эми. Если она что-то решила, то её уже не остановить.

— Пару секунд, и сам всё узнаешь, — ещё обойдя несколько парочек, Эми стояла возле колоны, за которой находился балкон. — Там сейчас должен быть человек, который поможет нам в расследовании. А может, там будет серийный маньяк. Или просто человек. Но я должна пойти туда, одна. Ты тут стой, если что, зови на помощь. Понял?

— Ты, черт возьми, вообще уже с катушек слетела? Я тебя туда одну не пущу! — сейчас Эми пожалела, что сказала за маньяка. — Либо вместе, либо никак!

— Гарри. Три минуты. Потом зайдёшь, пожалуйста, дай мне эту возможность. Другой такой не будет, — казалось, ещё немного и Эми будет стоять на коленях и умолять её отпустить, но рука Гарри ослабла.

— Три минуты, и я захожу. Эмилия, три. Не пять, а чертовых три минуты.

Коулман этого было достаточно. Только она развернулась, как почувствовала материал у себя на плечах. Обернувшись, увидела Гарри и то, как он придерживал свой пиджак на плечах. Кивнув, направилась на балкон. Всё или ничего?

Больше всего человека пугает неизвестность. Неизвестность, как правило, может быть губительной: никто не знает, куда его приведёт воображение. Но как только эта неизвестность, пусть даже враждебная, идентифицирована, человек чувствует облегчение. Будто душа наконец-то находит долгожданный покой.

Поправив пиджак Гарри на своих плечах, Эмилия решается нажать на ручку стеклянной двери. Собрав всё своё мужество в кулак, открывает двери. Холодный ветер тут же бьет в лицо, затем окутывает всё тело, от чего кожа покрывается мурашками.

Войдя, Эмилия замечает невысокую девушку-афроамериканку. Её кудрявые волосы собраны в красивый хвост, а на ней лёгкое чёрное платье до колена с разрезом до бедра. Поверх платья чёрная кожаная куртка, явно на два размера больше. На вид ей было двадцать восемь-тридцать лет.

— Я думала, ты уже не придёшь, Эми, — незнакомка сделала несколько шагов вперёд, сокращая расстояние. — Я Пейтон.

— Привет, — в голосе Эмилии была неуверенность, и Пейтон прекрасно это слышала, и от этого на лице растянулась легкая ухмылка. Эмилия сжала кулаки и продолжила: — Так, что ты хотела мне рассказать?

— Сразу к делу? Что ж, Эмилия Коулман, я могу ответить на некоторые твои вопросы, которые мы обсуждали, — Эмилия вздрогнула от неожиданности. Она не называла своего имени вообще, но эта девушка знала. Кто она, черт возьми? — Как тебе сказал твой кудрявый друг — профессор Томас Булл не причастен.

— Откуда ты знаешь моё имя и его? Я не называла, — сердце бешено колотило. Эми больше не могла сдерживаться, чтобы не задать эти вопросы.

— Я много чего знаю, Эми. Но это не те вопросы, которые тебя интересуют. Булл не тот человек, за которого себя выдаёт. Может, у него и есть алиби на время убийства, но он опасен больше, чем может казаться.

— Кто тогда убийца? — Эмилия пыталась переварить услышанное. Конечно, подозревать Томаса уже было давно бессмысленно, но он был единственный подозреваемый. И то, что у него было досье на неё и её друзей ещё больше усугубляло ситуацию.