Они уезжают навсегда. Их души радуются.

— Знаешь, когда я была маленькой, то говорил маме, что когда-нибудь будет гордиться мной. Знаешь, это были пустые слова, Марсель. Я была маленькой и не понимала.

— Нет, она гордится тобой, потому что ты выбрала любовь. Ты послушала свое сердце.

***

— Пора нам поговорить, -Эстер переступает порог комнаты, где были Фрея и Майкл.

— Нет, я не хочу с тобой говорить, - Фрея отворачивается от матери. — Мы с отцом уходим.

— Я виновата перед тобой, выслушай меня, мне нужно твое прощение Фрея, - взгляд Эстер полон надежд, но Фрее не сможет ее простит.

— Она ясно сказала, Эстер, - Майкл готов заступиться за дочь. — Почему ты согласилась на сделку с Далией. Врала мне, что Фрея умерла от чумы, зная, как я любил нашу дочь!

— Потому что я была молода, и любила тебя, - для Эстер сейчас не время врать.

Майкл молчит. Он в шоке от слов его жены.

— Я не должна была тебя отдавать Далии. Никогда. Когда она забрала тебя, то я поклялась, что обращусь к черной магии, и уничтожу ее.

— Так, почему ты так и не поступила! – кричит Фрея, закрывая свое лицо руками. Сейчас она похожа на своего отца. Ведь не зря, дочери похожи больше на отцов.

— Потому что она моя сестра. Я не смогла ее убить, но променяла все, на твою свободу, - утверждает ведьма. — Гнев Клауса и Новый Орлеан. Твоя свобода была дороже мне, потому что я не хочу тебя потерять. Тебе не нужно бояться сна.

Фрея ещё долго не сможет простить свою мать, но ее сердце оттает. Время ей поможет забыть. Фрея мечтает о том, чтобы совершить поступок, которым будут гордиться ее родители. Когда она была молода, то не клялась матери, в том, что та будет ей гордиться. У Фреи отняли семью, и пустые клятвы ей были не нужны. Но, теперь все изменилось. Ведьма опускается на колени, перед Майклом и Эстер, но не касается пола.

— Мне нужно, чтобы вы верили мне. Вот и все. Я хочу, чтобы мы снова были семьей. Однажды вы будите гордиться мною.

Фрее больше ничего и не нужно. Ей нужна семья. Сейчас Майкл и Эстер готовы забыть все обиды и боль, ради нее. Ради своего первого ребенка. Ради Фрее.

— Моя дочь, - Майкл опускается на колени и обнимает Фрею.

Эстер улыбается и следует поступку мужа. Она обнимает свою дочь.

— Я горжусь тобой, Фрея, потому что ты сильная.

***

— И так, о чем ты думаешь?
– Давина ест бутерброд с ветчиной и сыром. Последние пару дней были для ведьмы сложными, и она радуется простому серому небу, и дождю.

— О семье, которая всегда меня отвергала, - смотря на свою девушку отвечает первородный.

— Ты пошутил! – она смеется. — Я думала, что твои мысли только обо мне.

— Нет, Давина, знаешь, когда я был маленьким мальчиком, я сидел у матери на коленях, и говорил, что наступит день, когда она будет гордиться мной. Я провалился. – Кол говорит спокойно, но его душа словно разбивается о камни.

— Нет, ты не провалился. У тебя есть я, и, я научу тебя жить. Жить не убивая. Ты показал мне свой мир, а я тебе покажу свой, - она кладет бутерброд в тарелку, и убегает. — Догоняй, уверяю, то что я придумала, этим точно твоя мать будет гордиться.

— Если я тебя догоню, обещаю, ты заплатишь за это, потому что я не терплю всякие глупости, - он следует за Давиной.

Когда они были моложе, то говорили матери : “Однажды ты будешь гордиться мною.”

Теперь, когда они старше, намного труднее сказать те слова вслух. Они совершали много ужасных поступков, но может теперь, они смогут все изменить и вновь сказать матери : “Однажды ты будешь гордиться мною.” Может теперь они получат прощение, о котором так мечтала их мать.

Комментарий к Глава XLII. When I Was Younger. (Когда я был моложе.)

Да, это прекрасное видео вдохновило меня на эту главу, которой я посвятила 3 часа)

https://www.youtube.com/watch?v=QnZaT-W5EW0

========== Глава XLIII. Кто-то любит, кто-то врет и летает в облаках. ==========

Мрачный подвал особняка Майклснов именно туда Давина и повела Кола.

— Не подсматривай! – Давина закрывает Колу глаза.

— Ди, без этих шуток, окей? – Кол недоволен, и не скрывает этого.

— Не терпеливый! – бурчит девушка, и с вампирсой скоростью оказывается рядом с плотной белой тканью, и срывает ее. —

Можешь смотреть.

Древний открывает глаза, и смеется, а Давина звонит, в звонок велосипеда.

— Марсель спрятал их для меня, пусть он и держал меня на чердаке, но всегда выпускал покататься на велосипеде. Он знал, как я люблю это. Тогда я чувствовала себя свободной, - на девушку нахлынули воспоминания прошлого, и это заставляло ее улыбаться. — Ну, же идем в сад.