Уже стоя под струями тёплой воды, оперевшись рукой об кафель в ванной, он прислонил свою голову к руке и просто молча думал над чем-то.

“Я ушёл из Рима и вернулся обратно к себе домой. Почему я сожалею об этом? Хех, зачем я спрашиваю самого себя, когда и так знаю ответ на этот вопрос. Меня приворожила человеческая девушка. Никогда не думал, что смогу кого бы то ни было полюбить. Именно из-за неё я не хотел возвращаться сюда. Тут меня ничто не держит. Мои жёны уже давно от рук отбились, единственное, ради чего я прихожу сюда раз за разом, так это мои дети. Их я не могу оставить. Если бы не они, то я бы так и остался бы в Ватикане рядом с той девушкой. Какая ирония… Я влюбился в человека. Она сказала, чтобы я был готов к тёмным временам, что скоро падёт одна империя, а вторая будет процветать долгие годы. Речь явно шла обо мне и той псине. Значит шансы на победу у нас с ним равны. Если всё обстоит таким образом, то я должен победить. Я не позволю своему народу быть изгнанниками. В начале я одержу победу на западе, а после, когда я увеличу свои земли и силы при помощи Исиды, то я начну войну за Японскую территорию. Ах, да, ещё и этот чёртов крестовый поход, как не вовремя вскоре начнётся. Единственная радость во всей этой ситуации так это, то что в Японию следом вскоре отправится и моя малютка прорицательница. Она едет сюда, чтобы отдалится от церковных распрей на время войны. Я этим воспользуюсь. Она будет вдалеке от Папы Римского и церковной армии, а значит, она останется практически без защиты. Ну не могу я её просто так оставить! Я не хочу жить вдали от неё. Не желаю всю свою жизнь жить с мыслью, что упустил её. Меня начинает знобить от мысли, что она не будет рядом со мной. Видимо я совсем помешался на ней. Хех, так вот, что значит любить кого-то. Раньше я такого никогда не испытывал. У меня есть всё, всё! Вот только нету самой любимой и прекрасной женщины на свете, со мою рядом нет – её. И от этого мне почему-то становится очень-очень плохо.”

План по взятию Александры в свои любовные сети у него в голове всплыл мгновенно. Он не был намерен отпускать эту девушку так просто. Он мечтал о том, чтобы она была с ним рядом. Он хотел сделать её своей женой.

Комната Корделии:

Молодая красивая женщина с фиолетовыми волосами, потягиваясь, сидела на кровати в слегка оголяющей плечи ночнушке. Шторы открыла одна из её служанок, и свет от восходящего солнца попал внутрь просторной спальни.

– Госпожа Корделия, уже полдень. Господин Сакамаки-сан сегодня рано утром прибыл обратно в поместье, – доложила девушка, при этом уважительно кланяясь. Ни кто из прислуги не смел называть главу семьи по имени даже Корделия и Беатриче вместе с Кристой не всегда имели на это право.

– Что? Карл здесь? – фиолетововолосая тут же встрепенулась и злобно посмотрела на свою служанку. Та пугливо вздрогнула, – Почему мне об этом не доложили? Ты понимаешь своей тупой башкой, что теперь я буду выглядеть перед ним, как заспанная курица, а не как его королева и хозяйка его особняка! Дура! – она врезала бедной девушке пощёчину со всей силы, – Когда приезжает глава семьи, ты всегда должна докладывать мне об этом самой первой. Ведь именно я его первая и самая главная жена! Ясно тебе?!

– Да, простите, Госпожа, – слегка хныча со слезами в уголках глаз пропищала молоденькая девушка. Корделия стала быстро прихорашиваться, чтобы подобающе встретить главу семьи. Она села за свой туалетный столик и начала расчёсывать свои длинные волосы, при этом одновременно ища в своей шкатулке всякие дорогие ювелирные украшения. Корделия хотела выглядеть красиво, ведь возможно, что Карл сегодня посетит именно её спальню. Ради такого счастья можно и постараться. Она надела своё лучшее платье и повесила самые красивые украшения, подвела глаза канифолью (туши в то время не было, чтоб вы знали) и вышла из своей комнаты.

– Папа! Папа приехал! – Корделия услышала радостные крики Канато внизу. Спустившись, она заметила, что её муж сидит в гостиной на диване и играет со своими детьми. Он переоделся и теперь на нём были одеты чистые разглаженные брюки и кристально белая рубашка с расстёгнутыми несколькими пуговицами возле шеи, поэтому его грудь слегка была обнажена, но не сильно. Однако этого было вполне достаточно, чтобы у Корделии ярко засветились глазки.

– Дети, не докучайте своему отцу, – в приказном тоне сказала Корделия, когда вошла в гостиную. Дети тут же встрепенулись и прекратили улыбаться. Маленький Шу и Рейджи тут же скрючили лицо, увидев женщину с ядовито-сиреневыми волосами. Карл тоже был не в восторге от того, что первого, кого он увидел среди всех своих жён, является именно Корделия, однако он этого не показал, – Карл, почему ты не сказал мне, что приедешь именно сегодня? Я ждала тебя.

– Уверен это так, – съязвил блондин и как-то слащаво улыбнулся, – Я не стал тебя будить, ведь я вернулся рано утром. У меня было немного свободного времени, поэтому я решил поиграть с детьми.

– Ясно, – сказала Корделия и, улыбаясь, села прямо рядом со своим мужем, при этом слегка его приобнимая рукой за плечи. Он на это лишь подальше отодвинулся от неё и скинул её ладонь со своего плеча.

“Чего это она так вырядилась? Лучше мне держаться от неё сегодня подальше.”

Она снова к нему придвинулась и силой прижалось к нему своей грудью, которую открывал вырез. Если бы в гостиную не вошёл только что пришедший Ивао, то Корделия бы ни за что бы не отпряла от своего мужа, а вот сам Карл был готов чуть ли не молиться на своего друга.

– Карл, друг мой! – Ивао выпрыгнул, как чёрт из табакерки, весь сияет и светится, от чего именно не понятно.

– Чёрт, Ивао, ты моих детей напугал, – рыкнул злой блондин и сверкнул глазами в сторону уже до смерти перепуганного друга. Разумеется, Карл не собирался нападать на него, но мало ли что. Как говорится дружба дружбой, но лучше не лезть к тому, кто сильнее тебя.

– Прости-прости, – тут же начал извиняться парень с бородкой, – Я просто думал, что ты один. Госпожа, я вас ещё не поприветствовал, простите меня за грубость, – он поклонился напротив Корделии, а та лишь раздражённо фыркнула. Опять ей не дали побыть наедине с собственным мужем.

– Кстати, откуда ты узнал, что я приехал обратно? Я ведь только сегодня вернулся, – спросил с подозрительным прищуром Карл. Его дети во все глаза таращились на новоиспечённого гостя.

– Так ты ведь свою армию поднял и приказал им вторгнуться на территории Исиды. Тут не хочешь, узнаешь, я ведь как ни как тоже не пальцем делан. Такую информацию трудно скрыть, – ответил парень и ухмыльнулся, ну, а Хайнц лишь хитрым взглядом обвёл своего друга с ног до головы. Корделия, услышав такие новости, не смогла молчать.