– Грант, что ты здесь делаешь?

Руки на бедрах, его Хозяйка выглядела сексуально, и Грант удивился, не в первый раз, что позволил себе такую наглость, а не остался дома.

– Я думаю, что лучший вопрос: зачем ты здесь?

Он попытался звучать властно, но потерпел неудачу, слишком поздно осознавая это и то, что он хотел сделать с ней.

Изабелла поджала губы, и ее глаза вспыхнули огнем.

– Не могу поверить, что ты следовал за мной. Я сказала тебе, что мы увидимся завтра.

– Думаю, я имею право знать, если ты с кем–то трахаешься.

Храбрые слова, но, честно говоря, он не хотел знать, потому что, если бы она трахалась, то ему пришлось бы отдать ее. Его гордость не позволяла ему делиться. Глаза Изабель вспыхнули от радости, и она рассмеялась.

– Я не понимаю, ты думаешь, что ты единственный?

Ее ответ ударил его, как пощечина. Ему никогда не приходило в голову, что это не так.

– Значит, ты признаешь, что ты здесь, чтобы увидеться с кем–то еще?

– Ты не готов дать мне все, что мне нужно.

Ее ответ удивил его.

– Что тебе нужно, что я тебе не давал?

Он выполнял все ее пожелания, хотя и неохотно, но, в конце концов, она всегда добивалась своего. Изабелла посмотрела на него задумчиво, и переступила на высоких каблуках.

– Хочешь посмотреть, чего я хочу? Что я хотела бы сделать с тобой? – Ты уверен, что готов?

Яйца Гранта сжались, конечно, не от страха. Но он не мог не заметить гориллу в полураздетом виде, который делал вид, что он не нашел их разговор интересным. И учитывая одежду Изабель, и где они были, чего он должен ожидать?

– Ну?

Спросила она, нетерпение, заставляло ее слова звучать резко.

– Ты остаешься или уходишь? Я предупреждаю тебя, если ты останешься, ты будешь подчиняться мне, несмотря ни на что, или ты можешь забыть о наших отношениях.

Мозг Гранта кричал ему, чтобы он ушел; он не был готов увидеть, что скрывалось за бархатными занавесками, скрывавшими интерьер клуба от его взгляда, но его член, как обычно, говорил за него.

– Я остаюсь.

Изабель улыбнулась.

– Хорошо, питомец, следуй за мной.

Сначала мы должны одеть тебя во что–то более подходящее. Повернувшись на каблуках, она пробралась через более мелкий занавес, который он не заметил, и оказался в раздевалке. Изабель подошла к купе и, повернув защелку, открыла. Через мгновение она что–то бросила на него, и он поймал небольшой клочок материала.

– Что это?

Он поднял ткань, которая, казалось, состояла в основном из веревочек.

– Твой наряд на ночь.

Она ухмыльнулась, скрестив руки на груди привлекая внимание к тому, что ее соски выглядели заметно сквозь тонкий материал ее верха.

– Это называется ремешок.

Грант открыл рот, чтобы сказать «Нет, черт возьми!», но изогнутая бровь Изабеллы и ее поза позволили ему понять, что она применяла эти слова и раньше. Я не позволю ей оставить меня. Я не могу. Он попросил об этом, и он был готов или нет, он бы все понял. Я не трус.

Не обращая на нее внимания, он разделся, осознавая, что кто–нибудь может войти в любой момент, это возбудило его. Обнаженный, он возился с незнакомой одеждой, и съежился, когда струна скользнула между его ягодиц. Как женщины носят это? Ему было очень неудобно. Его член едва сдерживался в чашке, он неуверенно тащил ноги, воздух на его обнаженной заднице, заставлял его слишком хорошо осознавать свое положение. Наверняка у нее было что–то еще, чтобы надеть сверху.

– Где остальная часть костюма? – спросил он, почти вздохнув с облегчением, когда она повернулась к шкафчику и вытащила еще два предмета – полумаску, ту, которая покрывала бы верхнюю часть лица, и кожаный воротник с короткой цепочкой – поводком, Грант недоверчиво посмотрел на нее.

– Разве одежды больше не будет? Я не могу так выходить.

– Почему нет?

С маской, никто не узнает, кто ты. И воротник, и поводок, должны идентифицировать твой статус раба. Она подошла к нему и приложила ноготь к груди и к паху. Она прижала его к себе и сжала, его член мгновенно встал при ее прикосновении.

– Я хочу, чтобы все видели, насколько ты хорошо себя чувствуешь. И, кроме того, игры, в которые мы будем играть в клубе, требуют минимальной одежды.

Грант покачал головой.

– Я не думаю, что смогу это сделать.

Ложь, на самом деле его сексуальное возбуждение росло. В какие игры? Это один из этих фетиш–клубов? Он видел фотографии и смотрел видео в сети, декадентские сценарии, которые шокировали и возбуждали его, то о чем он даже не осмеливался подумать.

Изабель разыграла разочарование.