— Я хочу услышать это от них.

— Что?

— Пусть они мне сами это скажут… в лицо.

— Ты уверена? — Он повернул мою голову к себе. Я кивнула и прижалась к нему губами. Наш первый серьёзный поцелуй был солёным от моих слёз, с привкусом внутренней боли отчаянья. Мы словно утопающие хватались друг за друга в этом запойном поцелуе. Мне было страшно.

Я одевалась на автомате и в темноте, в темноте же мы покинули мой домик, и он перенёс меня к дому Рэйна и Лейлы, когда мы зашли внутрь, к нам навстречу с улыбкой вышла сама Лейла а потом и Рэйн. Только их улыбки погасли. На тишину повёлся и Лойель, случайно затесавшийся у них, и Генри. Как мне повезло. Я сложила руки на груди, обвела их взглядом, особенно остановившись на Рэйне, но он отвёл глаза.

— Слушаю.

— Слушаешь что? — Делегатом выступила Лейла.

— Вы послали Саймона мне кое-что сообщить, так вот я хочу, чтобы вы это сказали лично.

Лейла бросила взгляд на Саймона, что я стоял рядом со мной, потом вернулась ко мне и произнесла.

— Как скажешь. Прости, но тебе больше тут не рады. Ты тёмная и скрывала от нас это.

— Я даже не знала об этом! — Всплеснула руками я в ответ.

— Как об этом можно не знать? — вступил Лойель, — тьма пришла бы за тобой ещё раньше, а может ты шпион тьмы?

— Что?.. — Какая нелепость…

— А что? Это очень логично, — теперь уже Рэйн смотрел на меня не симпатизирующим взглядом, а осуждающим и очень печальным. — Прости, но это правда. Тебе здесь не рады.

Это было больно. Ладно Лейла, мы общались, но у нас никогда не было действительно тёплых с ней отношений, хотя она мне и нравилось, а от Рэйна… больно. Мне стало тяжело дышать, грудь сдавило.

— Просто уходи и все.

Я бросила беспомощный взгляд на Саймона. И вдруг поняла, что он разрывается между мной и друзьями, с которыми уже целую вечность. Мне хотелось, чтобы он выбрал меня…

— Саймон, ты с нами или как? — Припечатала Лейла, в её голосе был яд. Я знала, что ей нравится Саймон, очень нравится, но то, что Лойель тогда в первый день нашего знакомства назвал «шашнями» не было тем, о чём я подумала. Лейла предпочитала молча восхищаться Саймоном издалека, даже не намекая ему о своих чувствах. И сейчас похоже это была ревность… дикая ревность… — Саймон?

Я видела в его глазах боль и то решение, которое он бы все равно принял. Сердце резануло болью. Я выбежала в холодную ночь.

— Аселия! Прости… я…

— Хватит!

Обернувшись, я взмахнула рукой, на снегу перед его ногами образовалась шипящая прогалина.

— Хватит. Ты сделал свой выбор. — Слёзы застилали мне глаза, в теле чувствовалась слабость, — Отправь меня домой.

Молча я перенеслась к своему домику и проследовала к кровати, где и закончила свою новь также, как и начала — слезами по утраченным друзьям и отчаянием.

Мои дни снова вернулись к жалкому подобию существования. Я сидела в домике, собирала травы и помогала людям с хворями. Ни Саймон, ни Рэйн, ни кто-либо ещё не являлся ко мне. Первые дни мне было больно, странно и одиноко. Но я смогла пережить это, переступить практически, просто не думать так часто и много об этом и жить дальше. Да и работа с деревенскими помогала отвлечься. А её вдруг стало многовато…

Марлина пришла ко мне уже второй раз за неделю, с её сыном творилось неладное, и она не знала, что… мальчишка чувствовал себя плохо и симптомы были, как у отравления, если бы не тот факт, что он раньше практически не болел и вообще был очень здоровым по жизни. В первый раз я долго ломала голову, так и не зная, что с ним, я не сталкивалась с таким, но потом мне вспомнился один случай. Когда Саймон лежал в лазарете, ему запретили обращаться в свою вторую ипостась, и кто-то из них тогда сказала, что это добавит новых симптомов лишь ему, потому что в звериной шкуре он поправиться ещё быстрее. А если ему запрещать организм начнёт бунтовать. Так что может быть?..

— Метаморф? — Устало уточнила я, ночью поспать не удалось, опять снилось что-то жуткое. Так что что к лирике и тонкостям я сегодня не была предрасположена. Марлина испуганно глянула на меня, потом как-то обречённо кивнула. Много их, и что-то часто они стали мне встречаться. Наугад уточнила. — Волк?

Опять кивок. Так вот кого видят все же соседи по лесам. Волчицу и волчат.

— Нормально обращается? Проблемы есть?

Марлина кивнула, опуская глаза.

— Он не может обратиться… у него не получается…

В голове снова пролетели разные обрывки знаний о метаморфах, об их строении, все что я могла услышать.

— Догадки есть?

— Наверное, из-за споров с братом… они часто соревнуются, и у старшего выходит лучше.

Она озабочена выглянула в окно, я посмотрела вслед за ней, Алек бегал по снегу со своим братом, медленно с отдышкой, но бегал., - пытаясь вспомнить что мне говорил об этом: Саймон или Рэйн.

— Ладно, Марлин, давайте так сделаем, вот вам травы, они тонизирующие и успокаивающие, а Алеку скажите, что она поможет ему перевоплотиться. Ему это необходимо, его организм бунтует.