Я улыбаюсь Лиаму и его невесте, не желая, чтобы получилось слишком удручающее дерьмо.

– Я собираюсь закончить всю эту хрень сейчас. В общем, я очень благодарен тебе, Лиам, за то, что ты честный человек, и за то, что, когда я был в аду и нуждался в тебе, то ты был рядом. Я на самом деле смотрю на тебя и понимаю, какой ты выбрал гребанный путь. Кстати, и я хочу, чтобы ты знал, что ты заслуживаешь быть счастливым и быть в браке с любовью всей твоей жизни, независимо от того, как быстро вы двое скончаетесь вместе.

Толпа снова смеется.

– Ты не осознаешь то, как тебе повезло, что ты имеешь возможность тратить свою жизнь с другой половинкой своей души, пока ты проводишь свою жизнь без нее, - я опускаю микрофон вниз и кладу его на стол, когда мельком вижу блеск серебра, несущегося сквозь толпу, и я спешу со сцены, чтобы следовать за своей девушкой в тот момент, когда толпа пьет за мой тост.

Когда я, наконец, догнал Тессу, она толкает дверь в женскую ванную комнату. Она исчезает внутри, и я не потрудился посмотреть вокруг, прежде чем следовать за ней. Когда я достигаю ее, она склоняется к раковине, ладони кладет на обеих сторонах мрамора. Она смотрит в зеркало, глаза красные и щеки, окрашенные слезами, и поворачивается ко мне, когда понимает, что я последовал за ней.

– Ты не можешь просто взять и вот так говорить о нас. О наших душах, - она заканчивает свой приговор, хныча.

– Почему нет?
– спрашиваю я.

– Потому что… - она не может открыться, чтобы найти объяснение.

– Потому что ты знаешь, что я прав?
– я смотрю ей в лицо.

– Потому что ты не можешь говорить эти вещи публично, будто… Ты продолжаешь делать это в своих интервью, тоже, - она опирается руками на бедра.

– Я пытался привлечь твое внимание, - я шагаю к ней.

– А телефонный звонок не мог сделать этого?
– она почти кричит.

– Я звонил тебе много раз. Ты звонила мне много раз. Почему мы продолжаем делать это? Почему мы просто не можем перестать быть идиотами и быть вместе?

– Это не работает с нами. И никогда не срабатывало, - она вздрагивает на мгновение и, я правда думаю, что она может врезать мне ногой.

– Мы здесь вместе в туалете на свадьбе у нашего лучшего друга.

– Я просто хотела побыть одна. Ты сам пришел сюда за мной, - её голос смягчается, и она не может отрицать то, как она смотрит на меня прямо сейчас.

– То есть, ты не хотела, чтобы я шел за тобой?
– я улыбаюсь.

– Нет, конечно нет, - она врет, смотря на меня в зеркало, затем громко сглатывает.

– Тогда почему твое сердце так быстро бьется? Тогда почему ты смотришь на меня, представляя как бы я трахнул тебя у этой стены?
– я делаю шаг ближе к ней и расстегиваю две верхние пуговицы на своей рубашке.

– Я… - она жадно смотрит на меня, - В этом нет ничего такого. мое сердце всегда бьется так быстро.

– Конечно, конечно, - я протягиваю руки к ней, - Иди ко мне, - я прошу.

Она соглашается, подходит к моим распростертым рукам, и я обнимаю ее. Держать её в руках это большее удовлетворение, чем любое другое, которое мы могли получить. Чувствуя её прямо здесь, по-прежнему влияющую на меня таким образом, что только двое из нас понимают, кто делает меня самым счастливым сукином сыном на земле.

– Я скучал по тебе так долго, - говорю я ей, зарываясь в волосах.

Ее руки переходят на мои плечи, снимая тяжелый жакет с меня, и дорогая ткань падает на пол.

– Ты уверена?
– я держу ее красивое лицо между своих рук.

– Я всегда уверена, когда я с тобой, - говорит она, и я чувствую уязвимость и сладкое облегчение, когда она закрывает мой рот, чтобы её губы не дрожали, и дыхание становится медленным и глубоким. Слишком скоро, я вырываюсь, и снимаю её руки с моего пояса.

– Я просто закрою дверь.

Я благодарен за стулья, размещенные в местах скопления женщин, и я тяну два из них к двери, чтобы никто не попал внутрь.

– Мы действительно делаем это?
– Тесса спрашивает, когда я наклоняюсь, чтобы задрать подол её платья от пола до талии.

– Тебя что-то удивляет?
– я смеюсь во время поцелуя. Вкус её губ такой родной, и я был вдали от неё, живя в Чикаго в одиночку, так долго. Только её небольшие дозы были предоставлены мне за последние несколько лет.

– Нет, - её пальцы спешат расстегнуть мои штаны, и я задыхаюсь, когда она захватывает мой член через мои боксеры. Это было долгое время разлуки, чертовски долгое.

– Когда в последний раз ты… - не заканчивает она.

– Мы не будем говорить об этом, - прерываю ее, - Я не хочу слышать о нем.