– Согласен, паритет, еще некоторое время будет сохранен, – ответил Макарыч, – в остальном… в море пиратства почти нет, так, кто-то лютует с берега, на катере и наскоком, а вот информация о разбоях на суше поступает с определенной периодичностью. Появились какие-то «лесные братья» и из радиоперехватов выясняется, и торговцы жаловались, что в нашей гостинице в Лесном останавливаются. Аслан организовывал совместно с пограничниками пару рейдов, но обнаружили только брошенную стоянку этих разбойников.

– Ну правильно, торговля активно пошла и по суше, чего теряться-то лихим людям, – вслух подумал Иваныч.

– Да… теперь, самое важное. Разведчики на связь вышли из Лунево, их туда наши стратегические партнеры из верховий Новой доставили. Возможности шифровать сообщения у них нет, поэтому условной фразой Сталкеры сообщили, что ожидают встречи с кем-то из руководства Сахарного, причем дело срочное.

– Хм… что-то обнаружили? И где их мотобот?

– Не знаю, Сергей Николаевич.

– Пошлите за ними «Мандарин».

– Если дело срочное, то может вы, Сергей Николаевич, сами в Лунево?

– Они там где?

– В гостинице на пристанях.

– «Двадцать второй…», – сделал я вызов по рации.

– В канале, – практически сразу отозвался Юра, будто ждал.

– К вечерним склянкам тебе и еще двоим прибыть к пирсу, ждать меня у «Мандарина», пойдем в Лунево. Найди Василия, он тоже идет с нами, пусть подготовит станцию на мотоботе для работы по закрытому каналу.

– Принял…

– Иваныч, озадачь Володю, пусть соберет и доставит на «Мандарин» недельный паек на пятерых… Точно не пойдешь со мной в Лунево?

– Ну вот что мне там делать? Здесь дел выше крыши!

– Хорошо, занимайся «Пожарником», это действительно важно.

– А то!

Я пробежался по своим пометкам, которые делал в ежедневнике в процесс планерки и спросил:

– Еще вопросы?

– Карту с собой возьми, – Иваныч кивнул на сложенную вместе с бортовым журналом «Авроры» нашу «рабочую» карту, – мало ли.

– Да, обязательно, – согласился я, встал и аккуратно складывая карту, спросил всех, – у меня одного ощущение тревоги?

– Скребут, скребут кошки, Сергей Николаевич, – вздохнул Макарыч, – раз совещание закончено, то предлагаю вам еще по чайку у меня в застенках.

– Идемте, – я кивнул и направился к выходу.

Макарыч, быстро развел огонь в вагонном кипятильнике, расставил чашки на столе и, усевшись напротив меня, сказал:

– Сергей, ощущение тревоги не только у тебя, мне тоже как-то не спокойно… да, вот это с собой обязательно возьми, мало ли, – Макарыч подошел к штабелю оружейных ящиков, открыл один из них и достал несколько тряпичных свертков, которые потом со звоном опустил на стол, – деньги могут пригодиться.

– Согласен. Я вот еще что хотел попросить… Света на время моего отсутствия на хутор переберется к Михалычу, ты присматривай там а?

– Не волнуйся Сергей, здесь мы разберемся, а ты там будь осторожен, внимателен… люди переварили трагедию, личную и всеобщую, и теперь строят свою жизнь, как могут и как умеют, а умеют они не много! По иронии судьбы выжило много тех, кто до Волны сидел в офисах, «давил клопов» на клавиатуре компьютера, состояние стабильности, телефоны, машины, да что там, вся жизнь в кредит! Ладно, это я так, по-стариковски ворчу…

– Да правильно все Макарыч, – я осторожно отхлебнул горячий чай.

– Сергей, я еще вот что хотел сказать, – Макарыч поднял на меня свои стеклянные глаза и посмотрел поверх очков, – может, Антона Васильевича оставить тут за меня, а ты меня с собой возьмешь?

– Думаешь, бывший военный прокурор тут справится?

– Я не думаю, я знаю, что справится, а также знаю, что в отличие от тебя у меня есть опыт оперативной работы, ну и прочие навыки которые могут пригодиться.

– Я не против. Тогда вот что, пусть прокурор присмотрит за индусом. Винод, человек хороший, одна его робинзонада на буровой говорит о многом. Было бы неплохо, если Винода пристроить в нашу лабораторию и школу, даже если не углубляться, то английский бы он отлично смог бы преподавать, и это минимум, чем он может быть полезен.

– Согласен, Винод мне тоже показался вполне адекватным человеком… Хорошо, озадачу Василича.

– Договорились, а живет он пускай тут, в форту… под присмотром пока.

«Гоняли чаи» мы еще час, пригласили отставного военного прокурора, обговорили графики выхода на связь и прочие важные моменты. Заходил Юра, выписал на борт «Мандарина» спецсредства, как то ВСС, ПНВ и средства минирования. А потом у меня был семейный ужин, после которого я еще раз перепроверил свое снаряжение и оружие и, услышав со стороны пирса вечерние склянки, скрепя сердце попрощался с домочадцами и не оглядываясь пошагал вниз по дороге от дома, Бим был единственным, кто пошел меня провожать, долгие проводы – лишние слезы.