Шрифт:
— Миоко в больнице, — без вступлений заявил Бьякуя.
Укитаке медленно встал.
— Что там произошло?
Капитан Кучики не обратил внимания на его угрожающий тон и рассказал все, как было.
— Я почувствовал реацу аранкаров, и вернулся. А там - то что вы слышали, — спокойно объяснил он.
Укитаке явно перестал подозревать его.
— Что сказал Шигео ей напоследок? — спросил он.
— "Знай, Савада, мы еще встретимся!" — продекламировал Бьякуя.
— Вот, значит, как, — Укитаке был встревожен. — Я с самого начала знал, что с Шигео что-то не так. Но не думал, что дойдет до такого...
— Надо доложить Генералу, — оборвал его капитан Кучики.
Укитаке кивнул.
— Арранкары в Обществе Душ... — пробормотал он.
И они с капитаном Кучики направились к баракам Первого отряда.
Укитаке и Бьякуя рассказали Ямамото все, что знали. Конечно, местами их странных рассказ казался слегка безумным, но на этот раз Генерал был не просто удивлен, он был шокирован.
— Арранкары в Обществе Душ? Предатель?! — прогремел на весь зал басовитый голос - Ямамото даже встал. — Как Савада? — спросил он уже спокойнее.
— В критическом состоянии, — коротко ответил Бьякуя.
— Плохо, — покачав головой, Генерал сел.
— Капитан Кучики, тебе стоит тоже зайти к Унохане-тайчо, — Бьякуя кивнул и исчез в сюнпо.
Укитаке остался.
— Значит, имя предателя - Шигео Йоко? — Генерал был немногословен.
Капитан Тринадцатого отряда кивнул.
— Я объявлю всем, что через полчаса собрание, — сказал Ямамото. — Сой Фонг!
– рядом с ним появилась Капитан Разведывательного отряда. И как у нее получается так возникать из ниоткуда?
— Да, Генерал?
— Срочно проверь барьер вокруг Сейрейтея. Сейчас же!
Сой Фонг подозрительно покосилась на Укитаке и исчезла. Генрюсай повернулся к нему.
— Свободен. — Укитаке кивнул и пошел к выходу.
— Что-то мне подсказывает, что это еще не конец, — негромко сказал Генерал ему в след.
Бьякуя решительно вошел в Бараки Четвертого отряда. Там во всю кипела жизнь - медики бегали из палаты в палату. В основном в крайнюю слева. Было несложно догадаться, что именно туда положили еле живую Миоко. Поборов жгучее желание зайти туда, Бьякуя направился в кабинет капитана Уноханы. Та сидела за столом, окруженная метровыми горами отчетов, и хмуро что-то писала. На щелчок двери она подняла голову.
— А, Капитан Кучики. Я ждала вас, — сказала она.
Бьякуя остановился перед её столом.
— Капитаны уже получили уведомления о собрании, — начала она и вздохнула. — Миоко в критическом состоянии. У неё почти нет реацу. Сильное внутреннее кровотечение. Вы поняли, к чему я клоню?
Это прозвучало, как приговор, по капитан Кучики заставил себя спросить:
— Она не выживет?
— Это уже не от нас засисит. Мы сделали все, что могли, — вздохнула Унохана, повторно отрываясь от отчетов. — Нам стоит надеяться лишь на её силу воли. И, все-таки, капитан Кучики, вы вовремя её принесли. Еще бы чуть-чуть... и можно было бы даже не пытаться.
— Это...
— Да, мы заметили еще кое-что. Она сильно истощена и физически, и морально. Как будто... совсем недавно у неё была битва и событие, перевернувшее её жизнь.
Бьякуя нахмурился. Это звучит еще хуже.
— А что с той реацу?
— Да, точно, — Унохана посмотрела ему прямо в глаза. — Это реацу её второго Зампакто - Звона Хрусталя.
Повисло молчание.
— Идите, капитан Кучики. Ваши ранения осмотрят дежурные медики, — сказала Унохана.
— А можно к ней? — это был прямой вопрос.
Унохана подняла голову и улыбнулась. Что-то в этой улыбке не понравилось капитану Кучики, однако отступать уже было поздно. К чему это она клонит?
— Можно, — Бьякуя прекрасно понял то, о чем она подумала, но не придал этому значения.
Он кивнул, развернулся и вышел. К Миоко его пропустили без особого труда. Ей выдели отдельную палату, как человеку в критическом состоянии. То, что он увидел, точно подтверждало тот список, который перечислила ему капитан Унохана. Бьякуя даже не узнал в девушке Миоко.
"А ведь во всем этом есть и моя вина".
Бледная, как мел. Синеватые губы. Бинты. Капельница. Её голова была немного повернута к стене. Хриплое, еле заметное дыхание. Бьякуя прошел чуть дальше. Что-то это ему напомнило. Именно так же, медленно и болезненно, умирала Хисана. Капитан Кучики выкинул эту мысль из головы. Надо всегда надеяться на лучшее. Всегда. Бьякуя повернул голову и посмотрел в открытое настежь окно.
Я медленно открыла глаза, и, первое, что увидела, был белый потолок. Сомнений это не вызывало - больница. Я попытала шевельнуться, но резкая боль прорезала все тело и я оставила эти бесплодные попытки. М-да. Тут я почувствовала знакомое реацу рядом и повернула голову.