Позади себя я расслышала шум шагов, но мне не надо было поднимать взгляд, чтобы понять, что это не был кто-то из моих самопровозглашённых защитников. Девушки, спускавшиеся по насыпи, цеплялись друг за дружку и визжали, будто падали с горы.

– Я не понимаю этого. Что в ней такого особенного? – захныкала Джесси Кларк. – Ты видела, как Самсом чуть ли не слюной истекал, глядя на неё. Самсон, который даже не посмотрит на девушку, если она не из колледжа!

– Я знаю! – вклинилась Мэри. – Я попробовала поговорить с тем тёмноволосым красавчиком, но он наблюдал за ней, как чёртов ястреб. Мне показалось, что они с Самсоном собираются из-за неё подраться.

Мои уши горели, и я испытала облегчение, что никто не может видеть румянец, растёкшийся по моим щекам. У меня не было никаких сомнений, что говорили они обо мне.

– Не уверена, что она даже нанесла какой-нибудь макияж? – заявила Джесси, словно отсутствие подводки было преступлением против Капитолия.

Я красила ресницы тушью, а губы блеском, или это уже не берётся в расчет?

Фэйт подавилась от смеха.

– Ну, а что вы ожидали? Она тусуется только с парнями. Может быть, они получают кое-что, о чём мы не знаем.

– Ты думаешь, она такая? – нетерпеливо спросила Мэри.

– Кто её знает, – ответила Фэйт. – Но если вы спросите меня...?

Я не смогла расслышать остальную часть её ответа, поскольку они прошли мимо меня, даже не осознав, что я там была. Мои руки сжались в кулаки на коленях, и я была рада, что никто не заметил, как я подслушивала разговор между тремя девушками.

Всё веселье вечеринки покинуло меня, и я чувствовала себя так, словно хотела залезть под куст, где никто не побеспокоит меня до тех пор, пока не наступит время уходить. Я встала и решила уйти на футов десять вглубь пляжа, где смогла бы побыть в одиночестве, но костёр будет в поле зрения. Похолодало, и было зябко вдали от огня. Я затянула жакет потуже вокруг себя и прижала колени к груди. Близко к воде, волны заглушили голоса и музыку и заставили меня почувствовать себя так, будто я находилась здесь в полном одиночестве.

Я подняла камень и бросила его в воду. Это всё их вина. Я не могла даже притвориться, чтобы вести себя как обычный подросток, без того, чтобы эти двое не испоганили всё это.

Я почувствовала касание к своему разуму, и мне пришлось сдержать себя, чтобы не завопить от разочарования. "Неужели это слишком много, попросить пять минут для самой себя?"

– Пожалуйста, уходи, – сказала я, не подняв головы. – Я обещаю, что не буду веселиться и не упаду в океан в своём опьяневшем состоянии, если ты оставишь меня в покое.

Он сел на песок рядом со мной, и я проигнорировала теплую ладонь, прикоснувшуюся к моей руке. Между нами повисло безмолвие. Я не хотела вновь ругаться, так что я хранила молчание и ждала, когда он заговорит.

– Я слышал, что некоторые сироты воспринимали переход к жизни Мохири очень хорошо, другие же старались изо всех сил приспособиться. В конечном счёте, все они полюбили наш образ жизни.

Я вглядывалась в тёмные воды.

– Может все потому, что до этого их жизнь была не столь хороша. Должно быть отстойно быть маленьким ребёнком с демоном, вызывающим полное разрушение в твоей голове. Но я не такая, как они.

– Нет, ты не такая.

– Почему?

Ему потребовалась целая минута, чтобы обдумать ответ.

– Ты очень сильная, я не имею в виду физически. Как я тебе уже раньше говорил, ты обладаешь поразительным контролем над своим Мори; он фактически пассивный.

– Не похоже, что у тебя имеются какие-либо проблемы со своим, – сказала я.

Николас усмехнулся.

– У меня было много лет, чтобы овладеть таким сильным контролем, и всё же он не настолько хорош, как твой.

– Ох, – я поразмышляла над этим немного. – Но ты ведь контролируешь его, верно? Ты же не собираешься сотворить что-нибудь в стиле Линды Блэр10 по отношению ко мне, правда, поскольку я уже пережила всевозможное сумасшествие, с которым смогу справиться в течение одного года.

Его смех был глубоким и тёплым, и вопреки своему мрачному настроению, я почувствовала, как улыбка подёрнула мои губы. "Как он мог в одну минуту выводить меня из себя и в следующую заставлять меня улыбаться?"

– Не думаю, что у тебя есть повод для волнения, – беспечно произнёс он.

Я вздохнула и посмотрела на него, но поскольку он сидел против костра, его образ вырисовывался силуэтом, и я не смогла разглядеть черты его лица.

– Как долго это будет продолжаться? Я просто хочу вернуться к некому подобию нормальной жизни.

– Сара...

– Я знаю, что ты собираешься сказать. Как вообще это может быть нормальным, когда я бессмертна, а все остальные нет? Почему я не могу иметь это хотя бы пока, прежде чем мне придётся уехать?

Наступила его очередь вздохнуть.

– Такое могло быть возможным до того, как тебя обнаружили вампиры. Ты не знаешь, что они собой представляют; если уж они решили, что чего-то хотят, всё это становится похожим на то, как хищник идёт по следу своей жертвы. И ты единственная, кто смог уйти.