Поднялся очень худой, сухорукий человек с желтыми глазами, кипящий подавляемой яростью. Он латал миски и чашки в мастерской на тринадцатом ярусе.

– Мы тратим понапрасну время! – крикнул он. – Всегда тратим время, болтаем, болтаем, скоро старые будем. Дайте мне бомбу, и я взорву всю эту тюрьму.

– Подожди, – пытался остановить его Рази.

– Я уже второй год жду. И Мроки ждет. И второй бородач ждет. А чего ждем? Новых сказок о верхнем городе? Да мне плевать на золотой потолок. Ты мне дай оружие, и я перестреляю всех чистых.

– Тебя раньше перестреляют, – сказал писарь.

Голоса переплетались клубком. Голова Крони гудела от усталости.

– Успокойтесь, – уговаривал инженер Рази. – Вы думаете, что не было раньше горячих голов, которые хватали камень или палку?

– Были, – прогудел из темноты старик. – Я тоже был одним из них. Только давно, очень давно. Мы шли по лифтовым шахтам, а они бросали вниз гранаты с газом. А потом кинули зачинщиков в Огненную Бездну. Они опускали их туда на стальных тросах медленно, чтобы подольше слышать их крики…

– У нас нет оружия, – сказал Рази. – Мы не уверены в том, что за нами пойдут. Многие ли поддержат нас даже на бедных уровнях?

– Нет, – сказал Крони. – В нашем квартале мало кто пойдет.

– Можно послать верных людей, и они доберутся до директоров.

– Убьют их, и что дальше? Будут новые директора.

– И их убить, – настаивал Сухорукий.

– Мы должны учить людей, объяснять им, что так дальше жить нельзя. Мы должны собирать оружие… – твердил Рази.

– Оружие достать можно, – сказал Крони.

– Фантазер Крони, – засмеялся писарь.

Терпение Крони лопнуло. Он выхватил из кармана пистолет.

– Я знаю, где оружие, я знаю, где ящики с патронами! Вы привыкли к тому, что трубарь необразованный, трубарь дурак, от трубаря можно ждать только сказок! Так слушайте мои сказки…

И он вдруг увидел себя со стороны. Оборванный, грязный человек машет пистолетом в полутемной комнате. Люди отшатнулись от него, растерялись, может, не поняли даже, что у него в руке, но испугались крика и жестов.

– И я знаю… – сказал он тихо.

Инженер Рази уже был рядом. Он протянул руку и сказал:

– Дай сюда. Это не игрушка.

– Пусть скажет, где оружие, – сказал Сухорукий. – Это армейский пистолет. Я знаю.

Рази думал. Потом поднял руку.

– Погодите, – сказал он. – Надо поговорить. Я не хочу сказать, что не доверяю вам. Но оружие – это очень важно. А вдруг среди нас окажется человек слабый и Власть узнает об этом? Склад оружия может изменить все. Судьбу всего города. Я прошу разрешения уйти в заднюю комнату. Вместе с трубарем. Пусть он расскажет мне одному.

Рази взял Крони за локоть тонкими несильными пальцами и повел за перегородку. Он включил лампочку. Инженер сел на ящик и показал Крони на второй.

– Ты был сегодня внизу? – спросил он.

– Да. Я не хотел говорить раньше, но так получилось.

– Поздно жалеть, – сказал Рази.

За перегородку зашел старик.

– Мне можно, – сказал он. – Считается, что меня давно нет в живых. А я могу пригодиться.

– Конечно, – сказал инженер. – Говори, Крони. Только коротко.

– Может, подождем, пока все разойдутся?

– Нет. Люди будут ждать, что мы им скажем.

Крони положил на стол сундучок. Открыл его. Сверху лежала картинка. Он выложил ее на стол.

– Там был голубой потолок, – сказал Крони.

Старик наклонился над картиной так, что седые космы почти касались высоких домов и зеленых деревьев.

– Это может быть условность, – сказал старик. – Художнику казалось, что голубой лучше сочетается с белыми домами. Условность.

– Это разве нарисовано? – спросил инженер. – Мне кажется, что это скопировано с действительности каким-то механическим способом.

– Это Город Наверху, – сказал старик. – В нем люди жили раньше.

Старик гладил картину дрожащей ладонью, а Крони захотелось остановить его, потому что ладонь была грязной, почти черной, и картина могла испачкаться.

– Ты нашел библиотеку? – спросил инженер Рази.

– Я нашел библиотеку, но там очень жарко. Книги рассыпаются. Но одну я принес…

Он достал книгу.

– Вот все, что я смог оттуда принести.

Рази быстро листал страницы.

– Это старая книга, – сказал старик. – Настоящая старая книга. Ее печатали наверху…