Наши подопечные переглянулись.

– Ну, мы думали, - все-таки стресс, нам надо прийти в себя, особенно Ольге с Тарасом. Не каждый день такие громкие террористические акты случаются, - неуверенно начала объяснять Татьяна, но ее перебили самым беспардонным образом. Ольга только что явилась с перерождения, потеряв одну жизнь из трех, и по этому поводу пребывала в самой натуральной ярости. И, похоже, только искала, на ком бы ее сорвать.

– За себя говори, овца!
– громко отчеканила Слынько.
– Если ты со страху обделалась, не факт, что все остальные такие же. Стресс у нее, видите ли! Овца.

Татьяна мгновенно стала красной, как свекла, и в ответ не то чтобы сказала - скорее зашипела:

– За словами следи, кошка драная. А то ведь допросишься, я тебе объясню однажды. Так объясню, что навсегда запомнишь.

– Ой, блин, страшно как!
– продолжала наезжать Ольга.
– Ну давай, объясняй! Что ж ты только обещаешь всегда? Давай, чего ждать? Все равно всем сейчас не до этого, никто и внимания не обратит! Ну что же ты?

И она, став в боевую стойку и отведя назад ногу, сделала приглашающий жест.

Татьяна застыла в неуверенности.

– И правда, что же ты?
– вдруг неожиданно сказал Митрич.
– Сколько можно уже из-за угла друг на друга шипеть и пакости исподтишка делать? Турнир начался, драки вам только что разрешили. Лучшего момента не будет, разберитесь уже раз и навсегда. Или, по крайней мере, хотя бы злость выпустите. Давай, пошла!

Последняя фраза прозвучала командой, и Татьяна распрямившейся пружиной прыгнула вперед. Ольга попыталась встретить ее ударом ноги, и даже попала, но принцесса не обратила на это ни малейшего внимания. Похоже, многолетняя ненависть, действительно, прорвалась, найдя выход. Татьяна, к моему удивлению, не стала бить соперницу - прорвавшись, она просто двумя руками схватила Ольгу за шею, и сдавила ее.

– Вот и все, дрянь!
– страшным голосом прошипела она.
– Доигралась ты. Сейчас с тебя и вторая жизнь спишется. Допросилась ты, Оленька, кушай теперь.

Ольга обрушила на соперницу град ударов. Она беспорядочно молотила Татьяну руками и ногами, но та не обращала на это ни малейшего внимания. Принцесса даже не делала никаких попыток уклониться - она стоически встречала все прилетающие удары, и лишь все сильнее стискивала шею. Вскоре в глазах Ольги вспыхнула паника - она поняла, что ее тактика оказалась проигрышной. У нее началось удушье, и полоска здоровья поползла в оранжевую зону, постепенно ускоряясь. Она еще больше запаниковала, и начала беспорядочно дергаться, пытаясь освободиться. Но Татьяна была к этому готова - она изо всех сил дожимала соперницу, бультерьером вцепившись той в шею.

– Да не дергайся ты без толку! Думай, дура, думай!
– неожиданно встрял с репликой Митрич.

Как ни странно, это подействовало. Ольга замерла на мгновение, а потом вдруг по-бабьи вцепилась сопернице в волосы, и потянула ее на себя, падая на спину. Татьяне ничего не оставалось, как упасть на нее, вот только к тому моменту Ольга уже успела упереться ей в живот коленками. Руки всегда проигрывают в силе ногам - и не прошло и пяти секунд, как Татьяна убедилась в истинности этой сентенции. Ольга буквально отбросила ее ногами от себя, сорвав руки с шеи. Миг - и обе принцессы уже на ногах, кружат, пожирая взглядом друг друга. Злобы во взглядах меньше не стало, но вот безоглядного желания броситься в схватку больше не было, готовность прямо сейчас уничтожить соперницу исчезла. Обе обожглись, обе в глубине души понимали, что недооценили соперницу, поэтому обе осторожничали.

– Ну, хватит!
– не выдержала Светлана.
– Заканчивайте свои бои в грязи, сделайте милость.

– Ага, щас!
– по-прежнему пожирая глазами Татьяну, кровожадно ответила Ольга.
– Сейчас, только ее жизни со своими уравняю - и закончу!

– Ты и впрямь дура, что ли?
– вступила в разговор грубая Семеновна.
– Ты чем условия слушала? Даже если ты ее действительно убьешь - у нее одна жизнь из трех снимется, а вот ты турниру ручкой насовсем помашешь.

Возразить на эту абсолютно резонную реплику было нечего, и степень кровожадности обеих соперниц резко рухнула.

– Блин, точно!
– Ольга, забыв про соперницу, повернулась к Семеновне.
– Блин, как же я затупила! Надо было дать ей меня задушить - сегодня и попрощались бы уже навсегда.

– Да для тебя тупить - нормальное состояние!
– огрызнулась Татьяна, также опуская руки.

Драка закончилась сама собой.

– Ну что, - подытожил Митрич, - Драться вы обе не умеете даже на двойку, но вот голова у вас, слава богу, в драке периодически включается, поэтому обеим троечку поставлю. Драка - это не кто сильнее ударит, запомните раз и навсегда. Драка - это кто кого передумает.

– Так вы что, - первой догадалась Ольга, - специально нас стравили? Как собак?

– А что такого?
– не стал отнекиваться Митрич.
– Во-первых, вас и травить-то не требовалось, сами друг на друга кинулись, как только я подсказал, что уже можно. Во-вторых, вам действительно пора было немного пар стравить, а то вы такую глубокую личную неприязнь испытывали к потерпевшему[1], что это мешало бы тренировкам...

– К какому еще потерпевшему?
– поинтересовалась Патрик.

– Неважно!
– отмахнулся Митрич, - Ну а в третьих, нам надо специализации в команде раскидать, а для этого мне надо знать, кто из вас на что способен. Но здесь еще разбираться и разбираться.