– Так, – согласился тот с облегчением.

– Ну и что? Кроме этого в статье и серьезная обеспокоенность судьбами молодых, критика правительства, которое либо не хочет, либо не может решить острые проблемы. Вот что главное! Материал написан страстно. Хорошее перо у парня…

– … Моххади пишет интересные рассказы, он писатель, – вставил Барек.

– Чувствуется, ну, а спецслужбы… Я думаю, что после тех материалов, которые я вам представил, обвинения западных спецслужб будут выглядеть наивными. Так видимо, и нужно пояснить в редакционных комментариях, сделав ссылку на максимализм молодости.

– И этот совет принимается, – сказал Барек. – Если наш разговор, закончен, я вас покину. Надо успеть все сделать к вечернему выпуску. Мы сегодня выйдем хорошим тиражом.

– Рада вас господин Барек, – Фусони не стал подниматься, чтобы проводить редактора до двери.

Больше Барека рад был сам Фусони. Статья Моххади – вот первый сюрприз для Диллана. И надо сделать так, чтобы тот считал его приятным. Пусть не сразу поймет, что после выхода статьи судьбой Жако заниматься сможет только он, Фусони.

– Алло, Фусони, как все это понимать? – голос Диллана был вроде спокойным, но чувствовалось, что он взбешен. Начинать утро с выслушивания нотаций – не слишком приятно. Ну, пусть позлится еще немного.

– А что вы, собственно имеете в виду? – Фусонн постарался спросить это как можно более удивленнее. «Интересно, пошлет он меня ко всем чертям или все так же будет играть благовоспитанно го пай-мальчика?» – его уже забавляла эта игра.

– …Сегодняшнюю утреннюю сенсацию. И шумиху по поводу смерти Лакдара, – Диллан не боялся говорить по телефону открыто. На аппаратах были специальные приставки, которые не позволяли подслушивать разговор на линии. Звуки микшировались и расшифровывались только на другом конце провода.

– Шумиха неизбежна – убит крупный полицейский чин.

– Неужели нельзя было сделать потоньше, чтобы смерть вы глядела более естественной?

– Так и сделали. Полиция пока не утверждает, что версия убийства стала фактом. Зато газетчики вольны предполагать все, что им вздумается.

– А накотики? Что это за сюрпризы?

– Какие сюрпризы, Дональд? Только воплощение ваших планов по дестабилизации внутреннего положения. Полицейский чин – наркоман! Согласитесь, хороший скандал и новые аргументы для сторойников наведения жесткого порядка. Кстати, как мне точно известно, эксперты считают причиной смерти злоупотребление наркотиками. Как видите, я только выполняю наши планы.

Голос Диллана стал тише.

– Но не кажется ли вам, дорогой Горацио, что эта шумиха помешает нам нейтрализовать еще одного излишне информированного полицейского?

– Трудно с вами не согласиться. Сразу два трупа в полицейской форме – это слишком. Даже самые лояльные власти такого не потерпят.

– Что же вы тогда предлагаете?

– Прежде всего, пока известный господин не проявляет особого любопытства к нашему другу, стоит ли, торопиться с его нейтрализацией? Мы пока прорабатываем её варианты. Думаю, опасность с этой стороны пока не слишком, большая. Полагаю, нашему другу надо активнее разворачивать свою работу.

Не смотря на блокировку, Фусони на всякий случай перестраховывался, не называя имен, не обозначая конкретных Действий.

– Вынужден сейчас согласиться с вами. Но вы понимаете, что нам приходится идти на риск? Надеюсь, мне больше не придется узнавать и уточнять все после, а не до события. Необходимо согласовывать все, подчеркиваю, все согласовывать со мной. Вы же моя правая рука, – «Интересно, – подумал Фусони, он всем своим помощникам говорит так?» – мы должны действовать вместе. Считайте, что это и просьба, и одновременно приказ. Я соответственно, буду сообщать о своих действиях, которые касаются вашего направления. Например, после «случайной» публикации статьи Моххади, я решил встретиться с ним. Нет, вы все сделали правильно, но несколько рано. Тем не менее, я попробую прощупать, насколько этот человек управляем, чтобы знать, как нам эффективнее использовать их студенческий союз, который сейчас при обретает все большую популярность среди молодежи.

«Не разговаривать с ним надо, – зло прокомментировал в уме Фусони слова шефа, – а действовать. Действовать!»

– Спасибо, – сказал он вслух, – учту ваши замечания и впредь буду сразу же информировать о всех своих шагах. Сегодня, как мне известно, люди бен Ами заинтересовались митингом, который организует студенческий союз. Я считаю, пусть подъедут. Будет очередная сенсация в газетах. Это поможет осуществлению нашего плана.

– Согласен. Сразу по окончании мероприятия – позвоните, я буду ждать. И не забывайте, мы работаем вместе! Я на вас очень рассчитываю, дорогой Горацио. До свидания.

Как заговорил. Никаких шуток уже не позволяет. Какие шутки, когда хвост прищемило, и ничего не сделаешь. Действительно, правая рука, ведь основная агентура у него, Фусони. Приходится считаться мистеру Диллану. И главное – ему пришлось согласиться со всем. Что же, дальше – больше.

– Ахмед, ты хорошо меня слышишь?

– Хорошо, Отэн, привет.

– А у меня какой-то шум в трубке. Я сейчас перезвоню. Пока Моххади искал другой автомат, Жако перенес аппарат на кухню, где готовил себе завтрак. Своих он так и оставил в провинции у дяди жены. Там было спокойнее и тише.