Хотите верьте,хотите нет,но турки работящи и народ деловой и напитать не один народ плодами своего труда могут.Туда-сюда поработают и вылупят такое,что только ухмыляйся да уписывай.У нас ведь,россиян, как? Коли язык заплета-ется,то и мыльный пузырь получается.Дунь посильней-лопнет.А дальше все будем ворочаться да вздыхать,да себя изъязвлять, что вот,ну никак ничегошеньки поделать не могли,так уж извольте извинять –не полу-чилось?И ваших нет.И вместо своего кармана-ваши карманы ощупываем. Опять извиняйте. И так доизвиняемся до чертиков.Что самим и печально,и смешно.И только изливается наше почтение ко всем, акромя себя.Тут оборонительно усажи-ваемся на стуле и думаем:”У кого бы и что бы взаймы сварганить?” А тут как раз турки.Ну возьмите,хотя бы бочку”. Бочку? Господи! Да что они,турки,с ума посошли? Или у них тончайший психологический рас-чет?Что это за чужеземный обычай.”Если хотите”, говорят россияне,”можем бочку и забрать.” Забрали.Сначала капусту солили, потом огурцы,потом вино в подвалах Абрау-Дюрсо.А потом турки каменнозубо улы-баясь,объявили:”Отдавайте бочку взад-пят-ки”.Одно колесо другое не перекатит. Большой брат меньшого не догонит.Заткнем им глотку ихней бочкой.Но неудобно отда-вать.Вином разит. Скажут:”пьяницы!”А по-тому порешили россияне бочку в дегте выварить да туркам и выдать.И турки к той бочке до сих пор все принюхиваются и не знают,што с ней делать.Ни на што не годит-ся.

КАК ЛЕВ,МЕДВЕДИ И ЛИСЫ СОЮЗ ДЕЛИЛИ

Многим зверям,когда еще Союз народов был,он поперек горла становился. Разные были причи-ны.И цену за него большую заплатили,и кровушки много пролили,отчего земля ей напиталась и родить перестала.И ну все от Союза зверей отнекиваться да отталкиваться и все независимыми кандидатами в кандида-тах зачали становиться, даже те,кто партию зверей всегда держал и на лицах неприступ-ную сурововсть изображал. Радость настала неописуемая. Все свободы брали,ну,сколько хотели,только льва,медведей и лисиц вовсе не это и волновало.У них детки малые в беспризоре находились и после смерти их совсем голодными оставались.Кто в воскре-сенье орет,тот в понедельник кобылы ищет. Все зверье радуется,што в бессмертной малиновой вселенной асфальтом да угольной пылью дышать теперь не придется.У праздника два невольника: одному хочется пить,да не на что купить, а другого потчуют да пить не хочется.Лев,медведи да лисы сидели округ круглого стола да свою думу думали.Как путь пеше дальше итти.И порешили медведи да лисы с благословения льва воспеть хваление самому зверью– на подножьем корме кормиться.А штоб бел, пригож для съеденья был гож,то учредить за зверьем догляд – серых волков плодить и хранить зверье заставить.Вот и хороняют серые свободное зверье теперь,воспевая хваление розге.Родится роток,родится и кусок.

ПОЛЕТ ВОЗДУШНЫМИ ЗМЕЯМИ ЛЮБИМЫХ НАЧАЛЬНИКОВ

Любимые всем народом начальники, печальники земли российской, крест-ный ход и молебствие по всякому случаю,а иногда и помимо случая, уже делали.Но простота человека к Богу приводит,а в простых сердцах Бог почива-ет.А потому любимые начальники поняли, что разум,хотя и победить должен,но не сразу и не в отдеьно взятой стране.И спокойно лежащие на коленях руки,это не то что плохо,а просто совсем нехорошо.И загремели над трибунами божественные медные ямбы и блаженно-синее небо указало любимым начальникам умишко на место загнать,так как грех не в уста,а из уст идет.И ходячие буквари для народу на небе писаны.А потому наипохвальное решение снизошло сразу,упряг,благословясь,в небе сделать, возникши в оном не иначе как воздушными змеями.Потому и побрели любимые начальники шаги по небу делать, время придвигая и народ на улыбку ощеряя.Народ на стороны и растопырило и время к ним придвинулось.И вот уже моторизованные нищие созерцают блиста-тельное крушение своих надежд.А любимые начальники легким дуновением и чистым запахом пыли взбодряемые,освобожденные от времени и плоти,в мертвую народную эру поглядывают и ей подмигивают из синих облаков, намекая:”В Крещенье на полдень, синие облака к урожаю”.А того и не заметили,что добрые широкие поля, вестимо с наро-дом,сладко дремали в тихий предвечерний час,но наблюдали как кто-то с земли под головокружительным углом за веревочки дергает любимых начальников, отчего начальники-змеи удобный вид для земли принимают.Но всего добра не переешь,всех врунов не переврешь.Может и оболгал кто сердешных.Так-то.

КРЕСТЬЯНСКИЙ ВОПРОС В ДУМСКОЙ РЕКЕ БЛАГОЧЕСТИЯ

Доподлинно известно,что самое прекрасное в жизни – бред. А коллектив-ный бредвечное блаженство при нормальном образе жизни со здоровым ритмом природы во всем теле и ощущением отдыха в благодарных мышцах, поддержи-вающих трепыхание языка.Бог не родит и земля не даст.Пей горчее,ешь солонее: умрешь-сердцем здоров будешь.Вот и наши думники,как река под материнской строгос-тью и заботой благочестиво наблюдают, што с хрустальным кувшином крестьянства соде-ется,зрят чужие зады,придвигая время,а в реке оной рухлядь крестьянская все убывает,все посудины, потянув за собой,та река и умишко их невесть куда загоняет. Тяготы податные да пашенные в безделье превращает.А ангел на небе как буфетчик пальцем водит по книге и щелкает на счетах,как будто никакого крестьянина в России и не было.Кабы у этого коня да не лысина во лбу,ему б и цены не иметь.

КАК НАРОД ОТ УЗДЫ ОСВОБОДИЛСЯ

Стал народ недовольный весь,пошто свободы не дают,пошто жизнь корот-кую заедают, пошто липовые ступни,а не кожаные носить приходиться, пошто вся жизнь в сумраке сером и полосатом проходит.А тут указ от начальников вышел: ”Бери свободы сколько хочешь и какой хочешь до объядения.Только гляди востро,у гузна пестро и с хвостиком. ” Народ подолы и поля рухляди подхватил и ну веселиться.Не довольство,а охота челове-ка тешит.Без охоты и человек болван.Жизнь началась,что пламя,бледное в солнечном свете,а в мягкой золе прошлого лишь клубился дымок приятности.И вся жизнь стала напоминать гипсовую маску,омытую легкой волной отработанного неистовства.И затосковал народ по узде,в гордом и хищном своем великолепии,извергая бесконечные стоны из груди и потоки слез водяного насоса под сараем текущего момента жизни.А в осторожных и медлительных пальцах его творчества застыло время.И стало от той свободы без узды совсем плохо,хотя вокруг изобилие,но от жизни такой полезли в канаву траву жевать.Тени вытянулись к востоку, и меж их полос сторонние наблюдатели из восточных стран переусмехались в своей атмосфере спокой-ной уверенности, откулева жалобный хлип в сумерной тишине несется,из какой такой страны,где солнце писало всегда алыми комаринами да лазоревыми лясами.И поняли люди свою человеческую уедливость и вняли тому,что безоблыжное житье пахнет под уздой и не только псиной.Так-то.По которой воде плыть,ту и воду пить.

ЛИСА-ПЕВИЦА

Лиса-известная певица, неусыпного солнца консультант по певческим делам,все около народа,около народа вилась и жиляла его непрестанно:”Пошто худо супротив меня говорите!Я честная-певунья!А что супротив меня,то все напраслина.” А что народ? Ему песни и хлеб,и зрелища подавай. А коли лиса руками ему шею обовьет да в любви будет клясться,што еше надобно? Это же не стаи медуз в море хвалынском, жалиться не начнет.Белая равнина слов в песне свое бесстыдство убивает,а красное слово душе приятно-в пыльном тумане жизни не меркнет, не растворяется, а душу собирает и сердце согревает.А если к лапкам лисаньки-певуньи от государства что отлип-нет и откушается ей,то по бедности за евонный счет и списать можно,это не у народа украдено. Все таперича воруют.Так лучше пусть ворует тот,кто поет.С него менье взыщется. Пусть слухом земля полнится,а причудами свет строится.И сатана в славе,и добра ждать не от кого. И избрали лисаньку-певунью во совет мудрецов.Пусть помудрствует лукаво.

ПРИМЕТНЫЙ СЛОН

Наша жизнь,что музей.Такая життя наста-ла фантастическая.Куда не глянь, везде мудрецы,аристотели разные, платоны, певцы, музыканты, конферансье, словом т.е. кто на виду. Всякое инородное тело-предел мудрости, ломание головного расписания времени. И всех в музеи,музеи выставляют и показывают, и фигуры из воска и других материалов лепят.А народ все ходит дивится, дивится и дивится.Идет вой трубы,словно льют любовь. И пьяные от дурману уже лезут на шляпы. Выплевывают словеса,берет на испуг реклама, способные раздвигают локтями дрожжи тумана,злобно колотят по ребрам справделивости, листочки осени считают лис в солнцево и других местах необделенных светилами.И лишь громадина музейного слона вызывает всеобщее уваже-ние и почтение.Грубая брань не достигает часов жизни его времени, шершавый бархат народного голоса не тревожит его толстой кожи, и аршины старой скукожанной шкуры дышат ровными закатами гримас небожи-телей.Широк в плечах и в лузу не лезет. Приметен. Ах,кабы не такой приметный, можно было бы и вовсе не замечать!

ТОРЖЕСТВО ЗВЕРЕЙ

Вече,вече зверям не хватает!”-возопияли копытные как-то,чуя неуловимую ущербность своей свободе и отсутствие ласковой безмя-тежности любви к своим львам,лисам, вол-кам и медведям.”Неязыкоблудя, соберем вече!”-возгласил лев.Собрали вече.Долго витийствовала лиса:”Вот бы собрать все слезы обиженных и обездоленных!”-изрека-ла она,-”всякая вера сумнительна у тех,кто близ турка живут,а там овец много-многажды обитается,мохнатые и пушистые кафтаны носят,а жиры свои спелые казать нам честным лисам да волкам не жела-ют!”Одним словом,шел разговор о том,что всех овец в скором времени плоть одолеет и перекорма допускать никак нельзя.Оттого и зачичервить и зачерстветь можно всем львам, шакалам, волкам и лисам. А свобода в том и состоит,чтобы колобродить и наедать живот и углы чудных лиц,на вече при-сутст-вующих.Оттого и порешили,што свободе быть.Живот следует в еде класть.А в тоске пусть медленно умирает стадо овчар-ни,его и спрашивать о свободе не след.Пусть по горам,горам ходит шуба да кафтан.