— Тогда я просто перевяжу тебе руку. — он начал разматывать бинты. Я поморщилась от вида своей руки. Конечно, я видала всякое на операциях, но когда на себе вот это всё… Карлайл посмотрел на меня. — можешь отвернуться. — хорошо, мистер доктор, я тебе верю. Я повернула голову в другую сторону и уставилась в пол. Каллен честно перевязал мне руку и сложил всё обратно. Действие препаратов, которыми меня напичкали в больнице потихоньку сходило на нет и рука заболела по настоящему.

Упрямая я не хотела признавать этого еще час, пока меня не словили и не поставили перед фактом. На ночь глядя идти в аптеку за таблетками не хотелось вообще, спать хотелось больше. Я села на кровать и посмотрела на Карлайла.

— Я согласна на экзекуцию. — я поджала губы и закрыв глаза потёрла руку. Интересно, там будет шрам? Надеюсь нет, ибо тогда мне придётся придумывать «легенду».

— Всё.

— В смысле «всё»? — я увидела как Каллен выбрасывает использованный шприц и удивлённо подняла брови. — ну ладно. — я откинулась на подушки и провалилась в сон. Нужно будет завтра сходить за платьем.

Спала я опять неспокойно. Мне снился монстр, который раза четыре за ночь нападал на меня. И каждый раз чёрные как угли глаза. Под утро кто-то кричал, да так громко что я проснулась и резко подскочила с кровати попав в крепкие объятия.

— Кто там кричит?

— Уже никто. — снова стало тихо и воздухе запахло фимиамом, хотя тронный зал находился достаточно далеко от сюда.

— Сколько у меня еще времени?

— Три дня. — грустно произнёс Карлайл. Я не поняла прикола. Прошло всего несколько дней в Вольтере, а нам (мне) отвели месяц. — Аро решил что так будет… безопаснее, что-ли.

У меня есть три дня чтобы попрощаться с жизнью, но я хочу устроить свадьбу пока я еще человек, поэтому устроим её послезавтра. Думаю, вампиры успеют подготовиться, а я выберу платье. Из зала раздался еще один истошный крик и меня передёрнуло.

— Сегодня донесли на несколько новорождённых. Ты знаешь, мы не убиваем у всех на виду. Теперь их казнят. — я сглотнула. — люди не должны знать о нашем существовании. Очевидцы пойдут на «десерт». — Каллен тяжело вздохнул, а я поудобнее устроилась у него на плече и уснула.

Комментарий к Beata stultica // Блаженная глупость

Оу, да. История прояснилась)

P.S. редактируется.

========== Absolvo te // Отпускаю грехи твои ==========

Комментарий к Absolvo te // Отпускаю грехи твои

ДИСКЛАЙМЕР!

Очень много фраз на латыни. Перевод будет по ходу повествования.

Солнце восходило над Италией, а его лучи пытались пробиться ко мне в комнату. В отличии от множества пробуждений это оказалось лёгким. Когда я встала, на часах было шесть утра. Сразу вспомнилась пословица: «кто рано встаёт, тому Бог даёт». Что-же он приготовил мне?

Я никогда не была религиозным человеком, но сегодня я как никогда нуждалась в этом. Я считала что рано или поздно человек приходит к чему-то определённому. Я пришла в костёл. Людей было относительно немного, что было неплохо. Хотелось просто посидеть и подумать о жизни.

Конечно, для этого у меня в распоряжении были сотни мест, но что-то создавало тут особую, располагающую атмосферу. На стенах я смогла разобрать некоторые слова на латыни. Они были выгравированы здесь почти так-же как и в замке.

«Semper fidelis, semper paratus»

«Всегда верен, всегда готов»

«Vade in Pace»

«Иди с миром»

«Ora pro nobis»

«Молись за нас»

Я привыкла к неслышной походке моего окружения, поэтому даже не отреагировала когда рядом со мной на лавку сел старый священник.

— Что привело тебя сюда, дитя моё? — тёплый взгляд тёмных глаз в которых читалась всепоглощающая доброта и, казалось, вековая, мудрость.

— Не знаю. Ноги сами пришли. — я помолчала. — Я запуталась и не знаю что меня ждёт дальше. Я столько раз ошибалась и на знаю правильный ли выбор делаю. — священник посмотрел на меня так, словно видел меня насквозь. Может так оно и было. Здесь хотелось быть откровенной и не таить ни от кого секретов. Всё было так просто и так сложно одновременно. — Что мне делать?

— Dimicandum [Нужно бороться] — ответил он. — Познай себя в огне. — Мысленно я усмехнулась, он говорит про обращение. Хотя вряд-ли я поняла его правильно. Все мы толкуем по разному одинаковые вещи. Не вериться что он действительно может меня понять, хотя так хотелось в это верить.

— Quod erat demostrandum[Что и требовалось доказать] — я грустно улыбнулась. «Одни говорят мир умрёт в огне, другие твердят про лёд». Роберт Ли Фрост, мой любимый поэт в своё время достаточно точно описал проблему. Для всех жизнь заканчивается по разному. Кто-то познаёт холод смерти и её ледяное дыханье, а чьё-то сердце делает последний удар в «огне», дабы потом проститься с костлявой навсегда.