– Понятно. Мужик на входе сказал мне с Меломаном поговорить.

– Так ты уже с ним говоришь, - усмехнулся парень.
– Вопросов, наверно, куча, так ты спрашивай, не стесняйся. Дел у меня пока особо нет, а трындеть - не мешки ворочать.

– Эм. С чего бы начать... Ты же вроде бармен?

– Ну, пусть будет так, - шире заулыбался Меломан.

– Хочу продать, - я выставил на стойку три бутылки коньяка, прихваченные из магазина.

– Один споран за всё.

– Но...
– начал было я.

– И то, только потому, что ты новичок - прервал меня Меломан.
– Понимаешь, Скил, еда, бухло, шмотки - всего этого в Улье полно, оно же всё загружается вместе с кластерами, так что оплата, по сути, только за доставку. Если ты этого коньяка припрёшь хотя бы ящик, у тебя его, может, и возьмут, но за сущие гроши, на этом можно что-то зарабатывать, если только возить машинами.

– Ну хорошо. Один споранлучше, чем ничего.

– Как говорил один мой знакомец из Одессы - иметь один споран и не иметь одного спорана - это вместе уже таки два спорана! Есть ещё что-нибудь?

– Есть сотня патронов к калашу, Пм и к нему патроны.

– Во! Это уже другой разговор, - заинтересовался Меломан.
– Откуда дровишки?

– Ээ... Там муров побили, - вспомнил я стихотворение Некрасова.
– Но всё не забрали. Вот я и собрал.

Криво получилось, но что поделать - не Байрон я, не Байрон.

– Пушкин, блин. Ладно, рассказывай, кто там такой щедрый тебе встретился.

Ну я и рассказал. Мне здесь, в Улье, пока скрывать нечего.

– Да, дела, - сказал Меломан.

– Только я не совсем всё понял с тем случаем.

– И чего же тебе непонятно?

– Что за земля холода, и Хирург этот... он с бойцами, похоже, не случайно на этих муров вышел. И трофеи с убитых собирать все не стали. Странно всё это.

– Может и не случайно. Холод - главный в Норе, а команда Хирурга на него работает, суровые ребята. Нора - стаб трейсерский, то есть народ там больше охотой на заражённых промышляет. Места там удобные - глухие кластеры, небольшие деревни, заражённых не так много прилетает, но отъедаться они успевают неплохо, на домашней скотине в основном, но и до элиты не дорастают, кормовой базы не хватает. Есть, правда, там и фермерские хозяйства, на них твари посерьёзнее вырастают, с них и трофеи поинтересней, так что и на них охотники находятся. А группа Хирурга, в основном, охотой на всякую человеческую погань занимаются, на муров, например. Чтоб охотничкам из Норы спокойнее жилось, а они им небольшую часть добычи отстёгивают, что-то вроде взноса за своё спокойствие, часть небольшая, но со всех неплохо получается. В общем, и охотникам хорошо, и Хирургу. Так что ребята не бедствуют, какими-то трофеями с муров они могли и пренебречь, если, например, нагружены были чем-то или просто спешили сильно.

– Лютый человек этот Хирург. Как он с этого мура кожу живьём сдирал, как вспомню, так вздрогну.

– А с ними так и надо. Попадёт тебе в руки мур, можешь его хоть на кол посадить, хоть голым на муравейник, нормальные люди тебе только спасибо скажут.

Мда, не любят здесь этих ребят, крепко не любят.

– Жалко, что Шона убили, - сказал Меломан.
– Хороший был парень. Давай за упокой.

Меломан налил две стопки водки, мы молча выпили. Помолчали. Затем он как будто встрепенулся от каких-то своих мыслей, сказал:

– Ну что, Скил. Давай разберёмся с троим хабаром. Пойдём в магазин, тут рядом. Мила, - прокричал Меломан.

На крик пришла девушка, улыбнулась, стрельнула в меня глазками. Не красавица, но отвращения не вызывает, так, на троечку.

– Присмотри за баром.

Мы прошли в небольшой коридорчик, Меломан отпер ключом массивную железную дверь.

– У меня здесь целый торгово-развлекательный комплекс: бар, ресторан, казино, арена, магазин, гостиница, бордель есть. Большинство официанток, как, кстати, и Мила, на полставки там работают, но не все. Так что будешь клеиться к кому-то, будь аккуратнее, можно и в морду получить, и не только от девочек.

– А ты здесь не только бармен, а ещё и сутенёр, - усмехнулся я.

– Нет, у девчонок своя «мамка» есть, и на арене, и в казино, и в гостинице - везде есть свои управляющие, но хозяин здесь я, поэтому в курсе кто есть кто. Ну и некоторые кадровые вопросы решаю, и новички на мне.

Я опешил, парень-то оказался местным воротилой, а я с ним по-свойски как-то.

– Ты чего застыл, удивлён, что меня за стойкой застал, думал, большие дяди обязательно сидят в больших кабинетах?
– рассмеялся Меломан.
– Нет, кабинет у меня тоже есть, и там даже человек десять могут разместиться так, чтобы друг у друга на шее не сидеть, но не более того. А за стойкой я стою, когда время есть, так, для души. Я по утрам, когда народу мало, так часто делаю, кофе пью, музыку слушаю, поболтать люблю под настроение.

– Ээ... а ничего, что я с тобой так по-простому?

– Да так и надо. Это уборщица и гардеробщица - самые большие начальники, а я парень простой. Вообще, знаешь, что в этом мире, что в том, откуда мы сюда попали, действительно значительные люди из себя важных особ не корчат, ну если, конечно, у них нет застарелых скрытых комплексов. Я, само собой,не с каждым новичком так вожусь, просто ты зашёл удачно, никого не было больше. А вообще, новичкам надо помогать, есть такая примета, будь ты хоть совсем нищий рейдер, хоть финансовый магнат - Стиксу всё равно, сколько у тебя бабла. Стикс уважает только силу.